Онлайн книга Тайный враг для попаданки

Игнорируя шепотки за спиной, я едва ли не вприпрыжку бросилась за Драмиэлем. И только на улице сообразила: все это время меня не отпускало чувство опасности. Значит, невидимка все еще где-то поблизости!

– Господин…

– Потом, – шепнул ректор одними губами и скосил взгляд в сторону спутников.

Я понятливо замолкла.

Что ж, потерплю еще пару минут, пока они выводят на стенах, окнах и входах общежития дополнительные охранные руны.

***

Проверив охранки, ректор отпустил деканов. Подождал, пока их спины скроются в темноте, и только тогда спросил:

– Это же бессмысленно, да?

Я посмотрела на стены, исписанные сияющими знаками.

– Ну… вы же должны были сделать хоть что-то? – попыталась его утешить.

Вышло не очень. Потому что Драмиэль поморщился, а потом крепко сжал мою руку:

– Идем. Чувствую, разговор будет долгий.

Он привел меня в свой кабинет. Но не пригласил сесть, а прошел вглубь помещения и нажал на выступ в резной панели. Часть стены с книжным стеллажом повернулась, образовывая проход.

– Ух ты! – восхитилась я.

А что? Впервые вижу такую штуку в реальности, а не в кино.

Драмиэль бросил на меня выразительный взгляд, но ничего не сказал. Мы вошли в тайную комнату, которая оказалась гостиной, выдержанной в суровом мужском стиле.

– Это мои личные покои, – пояснил ректор. – Здесь идеальная защита от прослушки, такая есть только в королевских покоях. До недавнего времени я был в ней уверен.

Я заняла удобное кресло и огляделась.

Защита и правда впечатляла. Все поверхности были изрезаны огненными росчерками.

Сказать ему или нет?

Наверное, стоит сказать. Только не вслух.

Драмиэль отошел, чтобы снять плащ, а я потянулась к столу, взяла чистый лист, карандаш и написала:

“Ваша защита не идеальна. Уверена, невидимка может легко ее отключить, а мы даже не заметим”.

– Что ты там делаешь? – прозвучал за спиной голос ректора.

Я оглянулась, протягивая бумажку, и едва не уткнулась носом в грудь Драмиэля.

"Гм… Надо признать, весьма привлекательную грудь, виднеющуюся в небрежно смятом вырезе рубашки.

У Драмиэля Сарраха была белоснежная кожа, гладкая как мрамор. И литые мышцы, к которым так и тянулась рука. А еще его кожа отливала серебром, будто пронизанная металлическими нитями.

– Синичкина! – рявкнул ректор.

Я вздрогнула и подняла взгляд.

– Вот, – сунула листок ему в руки.

Сама же мысленно треснула себя по затылку.