Онлайн книга Все не так

Дома я поговорил с папаней, он принял мой план, и в ближайшее же воскресенье с раннего утра вся семейка в полном составе, включая Володю с женой, но без Лены и Костика, на трех машинах притащилась в стрелковый клуб.

– Работаем по программе соревнований, – объявил тренер.

Дана, бледная и напряженная, послушно встала на первый номер, а мы разместились у нее за спиной. Все пять выстрелов на первом номере оказались неудачными – ни одной разбитой тарелки.

– Мазила, – пренебрежительно протянула Юля. – Тоже мне, спортсменка.

– Помолчи, – оборвал ее папаня. – Не говори под руку.

Дана перешла на второй номер. Я подошел поближе, заглянул ей в лицо и увидел, что девочка глотает слезы.

– Вот видишь? – шепнул я. – На соревнованиях такого не будет. Никто тебе этого не скажет. Это самое плохое, что может случиться. Если ты с этим справишься и разобьешь хотя бы одну мишень, то тогда тебе никакие соревнования не будут страшны.

"И она показала, безупречно поразив оставшиеся двадцать мишеней и настреляв на второй разряд. Особый восторг у присутствующих вызвали ее выстрелы по мишени «бату» – одной из самых трудных. Тарелка летит быстро и ребром к стрелку, ее почти не видно, и только в последние полторы-две секунды разворачивается всей плоскостью.

– А во что она стреляла? – удивленно спросила Валентина. – Я никакой тарелки не видела.

Ей подробно объяснили, откуда вылетает мишень, куда прилетает, где разворачивается и падает и куда смотреть, но разглядеть «бату» она сумела только с третьего раза.

– Господи, я эту мишень и увидеть-то не успела, а Дана ее уже разбила, – не переставала ахать папанина сестра.

– Переходим на другую площадку и снова стреляем по программе, – скомандовал Николаев.

На другой площадке совершенно успокоившаяся Дана уверенно выполнила норматив первого разряда, разбив 38 из 50 мишеней. Родственники шумно хвалили ее, а папаня громогласно заявил, что, если она хорошо выступит на соревнованиях, он купит дочери ружье.

– Пусть из своего стреляет, а не из прокатного.

– Рано, – покачал головой Николаев. – До восемнадцати лет не получится.