Онлайн книга Запрет на любовь

— Ага, потом нашу старосту бабка с ремнём у дома встречала.

— Жень, а можно без подробностей? Я же не рассказываю о том, что ты на физрука с поцелуями набросилась.

— И чё? Уже могу себе позволить, — фыркает та в ответ.

— Мозгалин, идиот, намочил в море аттестат, — делятся последними новостями.

— Футболисты наши ваще пока без них остались. На пересдачу матеши пойдут. Завалили экзамен.

Ничё. Сдадут.

— Котов и Вепренцева утренним автобусом в Краснодар свинтили, прикинь?

— Ромео блин с Джульеттой недоделанные, — закатывает глаза Зайцева.

— Не завидуй. Марсель, Они тебе большой передавали, — исправно докладывает Полина.

Молодцы. Вместе остались, несмотря на протест родителей.

— Джугели где?

Когда намеренно задаю этот вопрос толпе одноклассников, атмосфера резко меняется. В палате повисает гробовая тишина. Они перестают улыбаться, теряются, опускают головы и прячут глаза.

Все, кроме Жени. Эта всегда в лоб напрямую топит.

— Уехала из города почти сразу после случившегося. Два первых экзамена сдала и всё.

Уехала.

Выходит, отец не солгал про её бегство.

— Как полиции свидетели понадобились, так исчезла, крысятина, — зло цедит Ромасенко, стиснув челюсти.

— Ага. Ни жениха, ни её. Вот ведь совпадение!

Слышать эти слова больно до безумия.

Знаете, в такие моменты чётко осознаёшь, что боль физическая куда лайтовее, чем та, которая разрывает тебя изнутри.

Прикол же, да? Ты лежишь весь поломанный и ушатанный, а сильнее всего ноет проклятое сердце, которое в ДТП, типа, не пострадало.

— Спасибо, Петров с отцом случайно оказался там на дороге. Они видели, что происходило. Уверена, Ян Игоревич прижмёт этого урода.

— А Джугели поступила как конченая, правда.

— Замолчите… — вмешивается Илона.

— Реально, мозга нет? — подключается Горький. — Зачем всё это обсуждать сейчас?"

"— А чё? Покрывать эту предательницу предлагаешь? Пусть Марсель знает, что пострадал зазря, — возмущается зарёванная Ковалёва.

— Вот что… Я думаю, на сегодня достаточно, — спешно обрывает неудобный разговор Шац.

— Мы должны оставить пожелания на гипсе. Помните, традицию с началки? Я фломастеры взяла.

— Ништяк.

— Опять вы за старое? Ерундой не страдайте, Жень.

— Нет, Матильда Германовна, надо, — загорается идеей та.

По очереди подходят. Что-то пишут и рисуют на гипсе, однако мои мысли далеки от этого движа.