Онлайн книга Алмазная колесница. Том 2

– Убью, как бешеную собаку, – прошипел британец, и у самого глаза стали бешеные.

Эраст Петрович ответил не менее хищным шипением:

– Убьёте? Сами? Ой, вряд ли. Смелости не хватит. Скорее «крадущихся» подошлёте.

Пихнул соперника своими замечательно натренированными руками – да так, что достопочтенный отлетел в сторону и опрокинул стул.

На грохот из двери высунулся лакей, его вытянутая английская физиономия сделалась ещё длинней.

– Какие крадущиеся?! – ошеломлённо вскричал британец. – Да вы буйнопомешанный! Я заявлю ноту вашему правительству!

– Валяйте! – буркнул Фандорин по-русски.

Хотел взбежать вверх по лестнице, но Булкокс ринулся вдогонку. Ухватил русского за фалду, стянул вниз.

Вице-консул развернулся и увидел, что главный правительственный советник встал в стойку для бокса.

Ну, бокс это не дзюдзюцу, тут Эрасту Петровичу тушеваться не приходилось.

Он тоже изготовился: левый кулак вперёд, правым прикрыть челюсть.

Первая схватка закончилась с ничейным результатом – все нанесённые удары были парированы.

При второй сшибке вице-консул получил крепкий тычок в корпус, а ответил недурным хуком слева.

Здесь бой был прерван, потому что женский голос воскликнул:

– Алджи! Что это?

На площадке лестницы стояла О-Юми в ночной сорочке, поверх которой был накинут шёлковый платок. Её неубранные волосы рассыпались по плечам, сквозь них просвечивало солнце.

Эраст Петрович задохнулся, опустил руки.

– Это русский! – возбуждённо крикнул Булкокс. – Он сошёл с ума! Утверждает, что я удерживаю тебя насильно.

О-Юми двинулась вниз по ступенькам.

– Что с твоим ухом, Алджи? Оно оттопырилось и красное. Нужно приложить лёд.

От семейственного, домашнего тона, которым были произнесены эти слова, от дважды повторенного «Алджи», а более всего от того, что она на него даже не посмотрела, у Эраста Петровича возникло ощущение, что он стремительно падает в пропасть.

Не только говорить, но и дышать было трудно, но все же Фандорин хрипло выдавил, обращаясь к О-Юми:

– Одно слово.

Булкокс, кажется, тоже хотел что-то сказать, но у него сорвался голос.

Оба боксёра стояли и смотрели, как черноволосая женщина в лёгком, просвечивающем на солнце одеянии спускается по лестнице.

Спустилась. Снизу вверх укоризненно взглянула на Эраста Петровича. Со вздохом сказала:

– Ну что за вопрос. Конечно, ты… Прости меня, Алджи.