Онлайн книга Ананас на ёлке

– Проход! Давай посмотрим, куда он ведет?"

"Честно говоря, я ожидала от Сени ответа вроде «лучше ничего не предпринимать, надо сообщить Дегтяреву», но в Собачкине неожиданно проснулось детское, неразумное любопытство.

– Согласен. Только я пойду первым.

Глава двадцать седьмая

– Сколько времени мы шли? – уточнил Сеня, стоя у следующей лестницы, которая вела наверх.

– Минуту и десять секунд, – ответила я.

Собачкин поднялся по ступенькам и попытался приподнять прямоугольную крышку.

– Не поддается. Вероятно, где-то есть механизм, который управляет открытием-закрытием.

Я начала водить лучом света по стенам и полу и вскрикнула:

– Рычаг! Сейчас дерну!

– Стой, – велел мне приятель и быстро спустился. – Теперь можно.

Я потянула за палку, которая торчала из земли. Сверху показалось отверстие.

– Здорово! – восхитился Семен. – Судя по материалам, убежище было сделано давно, скорее всего, до перестройки. Но механизмы работают! Умели раньше строить на века!

– Поднимаемся! – загорелась я.

Собачкин почесал в затылке.

– Сверху не дует, но там не темно. Значит, попадем не на улицу, а в помещение, где горит свет или есть окна. Вероятно, в жилой дом. Что скажем хозяевам?

– «Добрый день, – хихикнула я, – угостите чаем. Устали мы, долго до вас добирались».

– Сомневаюсь, что они со всех ног кинутся на кухню, – забубнил Семен, шагая по ступенькам. – Знаешь, у тебя некий дар.

– Какой? – поинтересовалась я, двигаясь следом.

– Совершать инфернальные глупости и заставлять умных людей участвовать в них, – пробасил Семен и выглянул из люка.

– Что там?

Семен исчез из виду. Я тоже быстро вылезла в комнату… и не сумела сдержать эмоций.

– Это же кабинет Алевтины Тимофеевны! Мы сейчас находимся в маленьком доме, который стоит на участке Геннадия. Вроде он подался в монахи, но это лишь догадки. Но мы шли чуть дольше минуты, а отсюда до дома, в котором живет Кожин, так быстро не попасть! Прямо колдовство!

– Да нет, – возразил Сеня.

– Создается впечатление, что у Кожина в этой землянке когда-то жил человек, который не хотел, чтобы его видели посторонние. Если кто чужой заходил в гости без спроса к Семену Петровичу, он живо прятался в подпол и сидел там, пока горизонт не очистится. Визит чужака мог задержаться – для такого случая поставили топчан и ведра, которые заменяют туалет.