Онлайн книга Боярышня Евдокия 4

Ребята переживали, чтобы солидные бояре ничего не сломали. Делалось-то всё из легкого материала: гибкие пруты, да береста. Но катамаран с честью выдержал испытания.

— Вот ведь, — высказался старший Кошкин, — бесполезная по большому счету лодка, а интересная. Я бы покатал на ней свою боярыню.

Григорий Волчара хмыкнул, а княжичев наставник огладил бородку при упоминании Евпраксии Елизаровны. Такой уж красавицей она вернулась из Новгорода, что всю Москву взбаламутила. И раньше-то на ней взгляд отдыхал, а теперь не оторвать взора, как ни ругай себя.

— Так за чем дело стало? — удивилась Дуня, не подмечая появившегося блеска в глазах степенных бояр. — Заказать такую же лодку у мастеров, чтобы они более надежной её сделали и в озеро какое спустить, — предложила Дуня.

— Не, лучше на реке переправу устроить! — воскликнул Алексашка, мысленно подсчитывая, какую плату брать за использование обывателями ройки ( катамарана )."

"— На реке сильное течение — опасно, — отрезал Никифор Пантелеймонович, осуждающе глядя на боярича.

Княжичев наставник не единожды разбирал с Иваном Иванычем и его товарищами по играм как обустраивать поход по водным дорогам. Обсуждалось всё: вместимость судна, скороходность, безопасность, количество припасов и условия для перевоза животных. А у Алексашки всё из головы вылетело …

— Яков Захарьевич, — с серьёзным личиком обратилась Дуня к Кошкину, — давно хотела просить тебя похлопать об очистке и благоустройстве Поганых прудов. Не дело в городе оставлять эдакое болото.

Волчара удивлённо приподнял брови, услышав, что родители не уследили за своими чадами, позволяя им расчесывать укусы, но промолчал. Его-то не редко упрекали, что он жесток по отношению к сыновьям, но ведь всех вырастил, никого не упустил.

— Как ты себе это представляешь? — опешил Кошкин.

— Вот именно! Территория приличная, а пропадает бестолку, — воодушевилась боярышня. — По весне не подойти из-за разлива, летом из-за насекомых, зимой из-за вольно себя там чувствующего зверья, шныряющего в поисках еды.

— Да что ты мне расписываешь, как будто я не видел и не знаю! — осерчал боярин.