Онлайн книга Друг моего отца

– Я твою «Галерею» люблю, зря извиняешься. Даже завидую по-хорошему, что так у тебя всё складно. Всё своё, всё рядом, а не эти вечные дороги, гонка, суета, – он поднял стопку. – А жена – пройденный этап. Но давай, за тебя!"

"– За тебя! – выдохнул, проглотил, сморщился. «Развёлся, значит», – машинально отмечал я. – Хорошо пошла. Так ты в отпуске? Ностальгия по родине? Или дела?

– А! – махнул он рукой и показал на беззвучно оживший телефон. – У нас, Арман, всегда дела. Покой нам только снится, – он закусил и перевернул телефон экраном вниз, жуя.

Сидел он расслаблено. Говорил спокойно. Жевал с аппетитом. Да и пил с удовольствием. Вроде всё как всегда.

– Разрулил?

– Почти, – смущённо поддёрнул он на коленках штаны. И я напрягся: ага! – Человек-то я теперь свободный. В общем, с женщиной познакомился. Ну, как познакомился, – откровенно заёрзал он.

– Квартирой твоей занимается? – отослал я официанта и разлил сам. Валерке побольше, себе полстопарика.

– М-м-м… да, – согласился он, словно отмахнулся. Опять заёрзал.

– Понравилась? – после второй стопки задавал я наводящие вопросы. Но он опять мялся. К слову сказать, губернатор был мужик интересный, видный, с красиво белеющим клоком седых волос у одного виска. И бабы всегда вешались на него охотно. И Воскресенской (а мы же говорим про неё? я же не ошибся?) грех жаловаться, между нами, трахал он своих баб хорошо.

– Женщина моей мечты, – улыбнулся он и вздохнул. – Кабы мне её с десяток лет назад.

– У тебя сложности какие, Валер? – нахмурился я и налил по третьей.

Он доверительно нагнулся через стол и зашептал.

– Я же на малолеток крепко подсел, – он показал, что это только между нами, и взял рюмку. – Но не подумай только, что на настоящих. Я не извращенец какой, – он выпил один.

– Так ты про девственниц не шутил? – заморозил я лицо.

– Не-е-е, девственницы – это так, редкий десерт. Зря ты, кстати, от подарка отказался. А может, и нет, – повеселел он. – Раз ты съехал, я её к себе пригласил. Чудесно время провёл. Только устал, – засмеялся он.

– Я даже и рад теперь, что отказался, – выдохнул я с облегчением. Ну хоть с этим разобрались.