Онлайн книга Дела минувшие

Таубе пора было возвращаться на Сахалин, но несколько дней он еще мог себе позволить и тоже поехал на Сидеми.

Охота удалась, Алексей даже застрелил барса. Вернувшись через четыре дня во Владивосток, он первым делом пошел к полицмейстеру.

– Ну как? – лаконично спросил Петров.

– Два оленя и барс.

– Ого! Вот что значит столичный гость. Меня пан Янковский не зовет.

– Будет вам обижаться. Скажите лучше, как у вас? Доставлены ли ответы насчет бродяги Звенцова?

Полицмейстер улыбнулся:

– Вы, Алексей Николаич, дока! Мне и на ум не пришло, когда я услышал историю про драку возле ресторана.

– Прошу доложить подробности.

Петров не стал обижаться на слово «доложить» – телеграмма Дурново так и так ставила его в подчиненное к Лыкову положение. И полицмейстер показал телеграммы.

– Вот! Сначала откликнулось полицейское управление Николаевска. У них в тысяча восемьсот восемьдесят первом году произошло убийство.

– Ага, у нас камнем, а там трубой, – подхватил питерец. – В кармане был нож, но он ударил трубой, чтобы было похоже на непреднамеренное!

– Точно так. Звали тогда нехристя Иван Смирнов. Незамысловато, чтобы проще было о нем забыть. И забыли надолго…

– Минуту, Федор Иванович. Срок-то он получил?

Полицмейстер глянул в листки:

– Три года исправительных арестантских отделений, из которых он был освобожден условно-досрочно через два года с месяцем.

– Понятно. Где и когда парень всплыл повторно?"

"– В Благовещенске в восемьдесят четвертом.

– Недолго он продержался, скотина… – прокомментировал сыщик. Петров тем временем взял следующий лист и прочитал:

– Убийство в состоянии запальчивости, при сильном опьянении. Жертва – артельщик, сосед по комнате в заезжем дворе. Напились в буфете, сначала пели песни, потом начали драться.

– Но в постоялых и заезжих дворах запрещено иметь буфеты, – удивился Лыков.

– По соседству отыскали.

– Продолжайте, Федор Иванович. Чем он его?

– Съемом для сапог.

– Чем-чем?

Коллежский асессор процитировал телеграмму дословно:

– «Ударил голове чугунным съемом сапог зпт проломив голову тчк». Они тяжелые бывают – чем не орудие убийства? В Благовещенске негодяя звали уже иначе – Захаром Лобзиковым. Ранее не привлекался, значит, не рецидивист, а потому заслуживает снисхождения.