Онлайн книга Деспот (СИ)

– До встречи завтра на похоронах, Анастасия, – хмыкает он, и я вижу в его лице уверенность, что приду, что соглашусь, что он будет меня иметь. Рано или поздно.

И клянусь себе, что этого не будет никогда. Пусть у меня заберут все. Справлюсь. Не в деньгах счастье.

И теперь я клятвопреступница.

Суток не прошло, как я стою перед Маричем.

Пришла сама, добровольно.

Чтобы предложить себя.

Глава 2

После ухода Марича мне трясет.

Ублюдок!

Да как у него язык поворачивается!

Прилюдно предложить мне стать его подстилкой.

"И его охрана все это слышала. Я понимаю, что им по службе положено сливаться со стенами, но ни у одного даже мускул на лице не дрогнул! А если бы он такое зарядил девушке кого-то из них или жене, или сестре?

Считает, что ему позволено все.

Оскорбляет всех вокруг, будто у него есть право. Да Марич в подметки не годится папе!

«И можешь дальше скорбеть».

Скот.

Если он не способен чувствовать хоть что-то, кроме жажды наживы, мог бы потрудиться соблюсти приличия.

Такому, как Марич, не понять, что я испытываю, пересматривая по кругу, последнее видеосообщение от родителей.

«Даже не думай брать машину в аэропорту, – строго говорит мама. – Мы тебя встретим».

Я не знаю почему, но у нее был какой-то пунктик насчет меня и такси. Даже к таким благам цивилизации, как метро, мне удалось приобщиться только недавно, пока жила отдельно. А здесь… Мне разрешалось ездить только с родителями или Игорем Михайловичем. Даже на встречи с Андреем меня возил наш шофер. Я думала – дикость, психовала.

«Конечно, – на заднем фоне папа закрывает ноутбук. – Сегодня после ужина вернемся в квартиру, а послезавтра с утра за тобой в аэропорт».

Встретили.

Они не доехали даже до города.

Горло сжимает спазмом, во рту сплошная горечь. Это я виновата. Это из-за меня.

«И можешь дальше скорбеть».

Я хватаюсь за эту ненависть к Маричу, чтобы снова не скатиться в такую же истерику, какая накрыла меня в аэропорту, когда я узнала…

– Анастасия Дмитриевна, – врывается в мои мысли голос мнущегося в дверях Игоря Михайловича.

Водитель тушуется под моим воспаленным взглядом.

Да, чтобы ехать на кладбище…

Молча киваю.

Я остаюсь одна в пустом доме, который никогда прежде не вызывал у меня столь глубокого отторжения.