Онлайн книга Дина

— Наверняка помнишь! – Задорно восклицаю я в попытке замаскировать непростой разговор под шуточный треп. — И что она? Прокатила тебя?

— Почему? – переспрашивает он невозмутимо.

— Просто пытаюсь понять, кто сделал тебя таким букой. Уж на что Булат закрытый и молчаливый, но успел жениться и двумя детьми обзавестись.

– Я не обязан быть таким, как Булат, даже если мы дружим.

Мысленно я вздыхаю. С такими его философскими ответами сложно сохранить легкость разговора.

— Не передергивай мои слова, — говорю я уже серьезнее.

— Люди ищут разного в отношениях. Очевидно, что Таисия дала ему то, что искал он.

— А что ищешь ты?

— Если бы я знал, то, возможно, женился много лет назад, — усмехнувшись, Камиль с шипением откупоривает баночку вьетнамского лимонада. — У меня были отношения. Мы даже пробовали вместе жить. Правда, недолго.

— Это случайно не с мамой Карины? – наобум предполагаю я, одновременно навостряя уши.

После небольшой заминки Камиль кивает.

– Да, с ней. Но забеременела Рената уже после того как мы разъехались.

— И почему у вас не сложилось? В чем причина?

— Наверное, в том, что я не знал, в каких отношениях мне комфортно состоять. А она, напротив, знала слишком хорошо. И ее представления, как выяснилось, мне не подходили. Рената хотела удачно выйти замуж, чтобы вести светскую жизнь, носить дорогие шмотки, путешествовать и рожать детей.

— Ну, по крайней мере, ты понял, чего ты точно не хочешь, — осторожно вставляю я. – Но и закончить сразу не смог, судя по тому, что родилась Карина.

— Именно, — с ироничной улыбкой подтверждает Камиль. – Я, кстати, вполне допускаю мысль, что беременность была не случайной. Мы предохранялись.

Я округляю глаза. Подстава с залетом? Я думала, такое только в бразильских сериалах бывает.

А вслух говорю:

— Даже так. Скандалы, интриги, расследования.

— Думаю, Рената рассчитывала, что ребенок сможет меня привязать. Но вместо возобновления отношений я предложил ей вариант совместной опеки.

— А дальше?

Слегка нахмурившись, Камиль барабанит пальцами по столу. Кажется, его накрыли не слишком приятные воспоминания.

— Она истерила неделю, обвиняя меня во всех смертных грехах, а потом заявила, что сделает аборт.