Онлайн книга Хищный. Наглый. Холостой

— Покормить кота, — в отличие от Баринова я не могла говорить спокойно, голос подрагивал от напряжения. — Я не знала, что ты дома. И вообще, у тебя мобильный отключен! Я до тебя второй день не могу дозвониться.

— Лучшая защита — это нападение, — с усмешкой заметил Савва и развернул меня к себе. — Корм хоть купила?

Я возмущенно отпихнула от себя нахала. Умеет он в одно мгновение задавить все хорошее в душе.

— Разумеется! — фыркнула я и вытащила из сумки несколько пакетиков. — Смотри!

— Ладно, но Савелий их есть не будет, — ответил Баринов, но все же взял у меня из рук корм.

Кот уже ходил по ногам Викинга и внимательно прислушивался к нашему разговору. Напряжение немного спало.

— Баринов?

— Мм? — Савва приподнял бровь, ожидая продолжения. И я решилась.

— Я тебе соврала.

— В чем именно? — уточнил Викинг, правда, без особого интереса.

— Я… ничего я не хотела с тобой проверять! Со злости наговорила тебе глупостей, вот и все.

— Значит, Кальянова ты больше не любишь? — Баринов прищурился. У его ног возмущенно мяукнул Самсон, но Савва даже не посмотрел на кота.

— А при чем тут это? — Я растерянно развела руками.

— Ты сказала, что любишь Кальяна и собираешься за него замуж и что я помог тебе это понять, — терпеливо и с каким-то едва уловимым злорадством произнес Савва. — А сейчас говоришь, что соврала.

— Я… я имела в виду, что никогда бы не стала тебя так использовать. — Я аккуратно забрала из его руки один пакетик и пошла на кухню. Самсон пошел за мной.

— Это все? — Баринов наблюдал, как я накладывала в чистое блюдце влажные кусочки корма.

Рыжая мордочка важно склонилась над блюдцем, я победно посмотрела на Савву, и улыбка мгновенно слетела с лица.

— Это все? — негромко повторил Викинг.

Я шумно выдохнула.

— Прости… Мне не нужно было такое говорить, это со зла и от обиды. Глупо получилось. Наверное, я не так поняла Тимура, мы в тот день говорили о тебе… и я решила, что… твое отношение ко мне — это лишь необходимость, чтобы я не взбрыкнула и не уволилась.

Я с трудом подбирала слова, получалась как-то коряво и жалко. Сама у себя вызывала отвращение.

— И ты пришла исповедоваться? — поинтересовался Баринов. Меня передернуло от его вкрадчивого тона.