Онлайн книга Безжалостная Империя (ЛП)

Его член останавливается у моего входа, и мои руки хватаются за стол.

Это происходит.

Это происходит.

Я закрываю глаза, пытаясь думать о таких важных вещах, как контроль над рождаемостью.

Ладно, я принимаю таблетки. Фу.

Нет, я не должна радоваться, что принимаю таблетки. Я должна подумать о том, почему этого не может произойти и что мне нужно это остановить.

Ничего не приходит в голову. Абсолютная пустота.

– Любой может войти к нам. Ты знала об этом? – бормочет он садистским тоном.

Мой взгляд устремляется к двери.

Почему это не пугает меня так сильно, как должно было бы?

Коул сжимает руку у меня на затылке.

– Может быть, это испортит свадьбу.

– Нет, я этого не хочу.

– О, но ты хочешь. Ты мечтала об этом неделями, Бабочка. Ты не такая хорошая девочка, какой заставляешь всех себя считать.

– Заткнись.

– Ты фальшивка, но не со мной.

– Заткнись нахуй, Коул.

– О-о, Мисс Чопорная и Правильная ругается.

– Я ненавижу тебя. Я так сильно тебя ненавижу.

– Знаешь, я собирался подождать, пока они не расстанутся, чтобы сделать тебя своей, но они приняли это решение. – Он наклоняется так, чтобы прикрыть мою спину, затем обхватывает рукой мои волосы и крепко сжимает их в кулак. – И я сделал тебя своей.

Он вонзается в меня одним безжалостным движением.

Я кричу, мои глаза закрываются, когда боль пронзает меня.

О, Боже.

Не имеет значения, насколько я мокрая. Он большой, а я слишком узкая. Это больно.

– Блядь. – Он останавливается, прежде чем я чувствую его тёплое дыхание на своей коже. – Это твой первый раз?

– Очевидно, придурок.

Я напрягаюсь, мой голос дрожит.

– Открой глаза.

– Нет.

– Сильвер, открой свои грёбаные глаза.

– Просто покончи с этим.

– Сильвер, – предупреждает он.

Я знаю, что он не часто использует этот тон, если вообще когда-то использует, поэтому я медленно открываю веки.

Если я и ожидала жалости, то её нет. Вместо этого в нём есть намёк на беспокойство, но больше всего в его глазах светится собственничество, такое осязаемое, что я чувствую его вкус на своём языке.

– Я твой первый.

Говорит он с чем-то похожим на благоговение. Я киваю, хотя он и не задавал вопроса.

– Почему я у тебя первый?

– Это не имеет значения.

– Лгунья.