Онлайн книга Красная линия

Яйца моментально разболелись от необходимости снова кончить. Скользнув рукой под ее халат, я хищно улыбнулся, когда убедился, что Микки возбуждена так же сильно, как и я.

– Бог мой, – задрожала она, когда мои пальцы прикоснулись к самому чувствительному местечку.

– Я хочу взять тебя прямо здесь.

– А как же ужин? Или завтрак… Или что там бывает в три часа ночи? – выдохнула Микки и выгнулась мне навстречу, когда я провел языком по ее нежной шее. – Дэйв, я очень проголодалась, и мне нужны силы.

– Окей, – я перегнулся и заглянул в тарелку.

– Яичница, – широко улыбнулась она, орудуя в тарелке ножом.

– М-м-м… Я скучал по ней.

Микки наколола вилкой кусочек и поднесла к моему рту. Я жадно проглотил его, улыбаясь как болван. Ее тихий смех вибрацией прокатился по моей груди. Она продолжила кормить меня с вилки, и я послушно открывал рот, чувствуя себя самым счастливым пареньком в этом гребаном мире.

Когда мы, наконец, насытились едой, проснулся другой голод.

Микки отложила вилку в сторону и запрыгнула на меня, как обезьянка.

Оказавшись возле двери, ведущей в спальню Микки, я опустил ее на ноги и нервно пробормотал:

– Дай мне пару секунд, ладно?

Ее широкие брови удивленно взмыли вверх, но она кивнула.

Я забежал в комнату, закрыл за собой дверь и принялся метаться по спальне со скоростью Флэша.40 Когда все приготовления были завершены, я распахнул перед Микки дверь и жестом пригласил ее войти.

Должен признаться, что к возвращению своей девочки я основательно подготовился: две стены завесил гирляндами с теплым желтым светом, на подоконнике расставил цветы в горшках из тех гребаных книжек про скандинавское счастье, которые она так любит читать, а над письменным столом растянул веревку с декоративными прищепками.

– Не знаю, правильно ли я все подобрал, но дамочки на кассе приняли нас с Эшем за парочку романтичных педиков, когда мы выгружали на ленту все это дерьмо.

Микки обвела комнату внимательным взглядом и растерянно моргнула.

Затем еще раз.

В ее глазах застыли слезы.

Твою мать.

К чему я был совершенно не готов, так это к тому, что она начнет плакать.