Онлайн книга Красное на красном

Он в Лаик был первым, он спит и видит стать таким же, как Алва, а тот берет герцога Окделла! От Эстебана можно ждать любых каверз… Самое малое – это вызов, и ты ведь говорил, что как фехтовальщик он сильнее, значит, ты не должен драться ни в коем случае!

– Но дуэль – дело чести, – пробормотал Ричард.

– Чести, но не глупости, а сын Эгмонта не должен выглядеть глупо. Сын Эгмонта не должен проигрывать. Сын Эгмонта должен выжить и отомстить. Поэтому тебе лучше не встречаться с теми, кто может навязать тебе дуэль.

– Навязать?

– Ты же не выдержишь, если начнут оскорблять твоего отца или… Или королеву.

Дик вздохнул. Если «навозник» посмеет сказать хоть слово об Эгмонте Окделле или Катарине Ариго, он и впрямь не удержится.

– Ты не любишь лгать и отвечаешь за свои слова. Это хорошо, хоть и опасно. Обещай мне никуда не ходить без Реджинальда и тех, с кем он тебя познакомит, избегать ссор с «навозниками» и держаться от своего эра как можно дальше. Последнее нетрудно. Рокэ быстро забывает о своих игрушках.

Это было правдой, эр разговаривал со своим оруженосцем всего дважды – первый раз, когда перевязал ему руку, и второй, когда они ездили во дворец.

– Эр Август, а почему…

– Почему он вообще тебя взял?

– Да.

– Почему Рокэ Алва что-то делает, не знает даже сам Рокэ Алва. Маршал давно ходит по грани безумия. Скорее всего, он решил развлечься. Или отомстить.

– Развлечься? Эр Август, когда мы были на приеме, к нам пристал такой толстый маркиз…

– Маркиз Фарнэби, Маркус Фарнэ́би.

– Наверное… Они говорили с Алвой… Я понял, что он меня взял назло Дораку.

– Очень может быть… Прикажи Алве Создатель одно, а Леворукий – другое, маршал выдумал бы что-то третье, оскорбительное для обоих. Но в безумии Алвы есть определенная закономерность – Ворон всегда делает то, чего никто не ждет, но что бьет по всем. Взяв тебя, он выставил Людей Чести трусами, показал Дораку, что тот ему не указ, и отплатил Ариго за его, скажем прямо, глупость.

– А что сделал граф Ариго?

– Купил у охотников из Мон-Нуар ворона, держит у себя в клетке и учит говорить. Разумеется, Алве об этом донесли. Все ждали, что он через родичей-морисков добудет себе леопарда[89] и станет водить на цепи, но Алва предпочел взять на сворку сына Эгмонта Окделла, старшего друга и кумира Ги.

– Я не знал…

– Ты и не должен был знать. Виноват я.