Онлайн книга Красное на красном

Дикон знал мысли Людвига – вчера он сам чувствовал и делал то же. Его пытались остановить, он же, когда кончились деньги, поставил сначала Баловника, а потом, в ужасе от того, что творит, отцовское кольцо. Людвиг старше Дикона лет на двадцать, но какое это имеет значение! Он игрок, и ему тяжело смириться с проигрышем. Он – дворянин и не желает снискать славу осторожного скопидома. Он – Человек Чести, и ему претит проигрывать отродью предателя.

– Сдавайте, Алва!

– Вам не везет, сударь, и вам не семнадцать лет.

– В самом деле, Людвиг, – примирительно сказал кто-то в цветах Дома Волн, – Алва сегодня на коне, и пусть его.

– Не везет в игре – повезет в любви, – заметил, усмехаясь, серый колет.

– Разрубленный Змей! Килеану повезет в любви, только если повезет в игре! – заржал Валме.

– Людвиг, неужели вы не хотите сбить с Ворона спесь?

– В самом деле, должно же это когда-нибудь у кого-нибудь получиться!

– У кого же, если не у вас?!

– Закатные твари, Алва рискнул «Звездами»… Кто рискует, тому Леворукий подсказывает!

Гости были пьяны, Килеан тоже.

– Сдавайте!

– Извольте. Дикон, вина!

Следующие коло вернули графу надежду. Килеан играл медленно и очень осторожно, не слушая ни советов, ни подначек. Рокэ откровенно заскучал и сделал несколько ошибок. Людвиг рискнул и угадал. Рискнул снова и опять выиграл. Алва спросил еще вина и сбросил несколько карт, почти не глядя; видимо, слухи о том, что Ворон не пьянеет, были еще одной сказкой.

Стоя среди зрителей, Дик сам не знал, чего хочет. Людвиг был Человеком Чести, но выходка Ворона не могла не восхищать. Килеан рискнул сбросить четыре карты сразу – выиграл и стал рисковать напропалую. Немного выиграл, много проиграл, потребовал вина, залпом выпил и пустился во все тяжкие. Отец рассказывал о безумии, присущем большинству игроков; теперь Ричард видел это воочию. Граф перестал следить за очками, прикидывать, какие масти на руках у соперника, и запоминать те, что были у него самого, зато Ворон ошибок больше не допускал.

Часы в углу пробили три четверти второго, когда виконт Валме благоговейно прошептал:

– Догнал!

– Да, – согласился Рокэ. – Вековая ненависть – страшная сила.