Онлайн книга Кухарка с сюрпризом

жениться? Он готов на мне жениться? Вот так прямо сразу? Неужели все его ухаживания были правдой, а не попыткой меня совратить для того, чтобы расстроить помолвку? Но тогда… Мне даже подумать страшно, какой хаос мы создали на пустом месте, а главное, что больше всех досталось Оливии…

— Я вас всех услышал, но с вами мы разбираться будем действительно позже, — наконец подал свой голос герцог и кряхтя, попытался подняться, однако встать на ноги он смог только с третьей попытки при помощи своей жены.

— И это почему? Я согласна выйти за Диго, давайте не будем откладывать это дело в долгий ящик и решим все прямо здесь и сейчас!

— Я сказал позже! Знай свое место! — рявкнул на меня герцог Кадоган и слегка покачивающейся походкой покинул кабинет.

— Диго, объясни мне хоть ты, что здесь происходит? — кинулась к замершему статуей парню.

— Фиона, потом, пожалуйста потом, все потом, — бормотал он покидая кабинет и оставив меня в еще большей растерянности.

Глава 44

Ричард

Мама, отец, Диго и даже Вильям с Эваном, все вышли на улицу и выстроились в линию перед парадным входом.

Гости не спешили покидать экипаж, мы же нервничали еще сильнее. Даже управляющий и мой телохранитель заметно дергались от каждого дуновения ветерка.

Дверца в карете открылась, по нашему дружному ряду пробежал еле слышный стон.

При взгляде на высокого крепкого мужчину со шрамом, перечеркивающим лицо по диагонали, мне стало дурно прям до тошноты. Его супруга, леди Боргезе рядом со своим мужем выглядела как хрупкая феечка… и как Оливия. Сходство колоссальное! Те же вьющиеся рыжие волосы, тот же маленький носик, четко очерченые губы и скулы. Леди улыбнулась улыбкой Оливии, но окинув взглядом нашу компанию сжала губы и подхватила супруга под локоть.

Четверо телохранителей следующие за этими двумя держались на расстоянии, но по выражению их лиц сразу было видно - подойдешь к лорду ближе, чем на метр, и можешь попрощаться с жизнью.

Отец пришел в себя, выскочил вперед и распростер руки.

— Лорд Боргезе, леди Боргезе, — принялся кланяться чуть не до земли и всем были видны его дрожащие колени.