Онлайн книга Лев

Они не успели его закончить – Славина мама привела Мики в гости. Слава натянул на лицо улыбочку, а Лев по-быстрому свалил к Карине – жаловаться на Славино поведение. Жаловаться приходилось очень осторожно: он боялся дать понять, что не видит себя в этой семье, потому что тогда Карина могла сказать: «Ну, раз ты там жить не будешь, квартиру я забираю». Это было не очень похоже на Карину, но на пике нервного напряжения Лев ожидал всего и от всех."

"Потом Слава, возвращаясь к беседе, мягко предложил: «Если тебя это так напрягает, давай лучше расстанемся сейчас, чем потом, когда всё уже случится».

Он тогда соврал ему, что его ничего не напрягает, что он просто тоже устал и иногда говорит не то, а так он, конечно, готов быть с ним рядом.

- И с Мики, - добавлял Слава то ли вопросительно, то ли так, просто.

- И с Мики, - негромко повторял Лев.

А ещё через день встревоженный Слава опять заговорил про старое:

- Ты считаешь, я веду себя, как Яков?

- Нет, - спешно заверял Лев. – Конечно нет.

Он боялся, что Слава решит, что, если это так, то с ним может случиться то же самое, что случилось с Яковом.

- А я подумал, что, наверное, в чём-то ты прав, – Слава виновато потупился.

- Конечно нет, – снова повторил Лев.

- Если я давлю, то только от того, что боюсь тебя потерять, – вдруг признался Слава. – Я предлагаю тебе уйти, но при этом мне страшно, что ты согласишься. И от этого страха начинаю давить.

После: «Боюсь тебя потерять» Лев ничего не услышал. Эта фраза повторилась сотни раз в голове, заставляя колени подогнуться от навалившейся слабости.

Взяв себя в руки, Лев твердо сказал:

- Я никуда не уйду.

- Ты не должен…

- Я никуда не уйду, - настойчиво перебил он.

- Ты точно решил?

- Точно, - сказал он тогда.

А через три месяца съехал на съемную квартиру двумя этажами выше. Но это же не значит, что он ушел, да? Просто так было лучше для всех.

Лев и Слава [76]

«Я больше так не могу»

Теперь эту фразу Лев слышал от Славы каждый день. Если не слышал, то читал – стоило ему оказаться в своей съемной квартире, как Слава начинал писать всё то же самое, что сказал ему ещё днем.