Онлайн книга Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера

Впрочем, на «старых дрожжах» вес в криминалитете он набирал быстро, хотя никто особенно и не старался его расшатывать, как, впрочем, и вес тела. Купленная сразу по освобождению новая дублёнка стала трещать по швам. И настроение поднималось новыми покупками в неограниченных количествах. Быстро восстанавливалась и уверенность в себе и в своих силах. Здесь же впервые, кажется, он увидел угрозу в Пылёвых, а Олег, один них, по всей видимости, привыкнув к самостоятельности, давал тому немало поводов.

Первое, за что Гриша поблагодарил меня, это за преданность и выполнение поставленной им из заключения задачи.

Хотя это и был период сразу после потери матери, и, наверняка, нормальный человек выкинул бы какой-нибудь фортель и, скорее всего, закончил бы свою «карьеру», а в наших обстоятельствах, по выходу Гусятинского, и жизнь. Я же просто занял себя поиском человека, совершенно не думая о последствиях и о том, что придётся стрелять. Действовал, как хорошо налаженный механизм, коим стать боялся. Меня волновали только мои переживания и, эгоистически не думая о других, я работал и жил только сегодняшним днём, только что бы отвлечься — кривая выведет.

И вывела: узнал, где появляется «Пантелей» — именно так называли человека с именем Леонид. Я даже видел его год назад на каких-то встречах, а принадлежал он когда-то к тому же коллективу, к которому принадлежал сам Григорий, а также Пылёвы, «Удав», Стас, Костя «Чеснок», и Лёня. Сейчас же, по версии «сидельца», именно он, «Пантелей», был виноват в тогдашнем положении дел, со всеми выходящими последствиями.

Узнав, что искомое можно обнаружить в одном из спортивных залов в районе Белорусского вокзала, принялся за просеивание и, через некоторое время, обнаружил. Здание находилось во дворах известного казино. Ещё два дня, и оптимальное место покушения было определено — окно тренажёрного зала, выходившее в тёмный переулок, и все проблемы лишь в его высоте, которые решал подставленный заранее ящик. Этот выбор места упрощал и делал задачу безопасной, учитывая ещё и время года, когда темнеет чуть ли не в середине дня, а свет, горящий в помещении, высвечивает цель, в то же время слепя её и не давая видеть, что происходит за окном.

Точка была поставлена через день, и явилась жирным окончанием в разборках между бывшими единомышленниками.

Точнее, предпоследней, последней станет смерть самого Гусятинского — вот такая «братва», вот такая «преданность до гроба», и вот такая «смертельная романтика», в прямых смыслах этих слов.