Онлайн книга Любимчик Эпохи

Слюна попала на подбородок — он был ниже меня ростом — и противно шмякнулась на грудь. «Я не Господь Бог, — пытался оправдаться я. — Сердца не нашлось. Ваша дочь была обречена». Он кричал, что озолотил меня, я говорил, что верну ему деньги. Он орал: «Верни дочь, урод!» Я что-то лепетал в ответ. Помню, когда только ее привезли, отец серьезно спросил:

— А среди живых есть человек с такими же показателями крови?

— Вы что, готовы его убить? — пошутил я.

— Готов, — он не улыбнулся.

У меня пробежали мурашки по шее. Отец был бородатым, коренастым мужиком со сбитыми костяшками на кулаках.

"Скрипучая болтовня Эпохи вернула меня в нашу надкладбищенскую реальность.

— Но Зарке разрешили покинуть свое захоронение, — продолжила бабка. — Она свободна, как и я. Гуляет где хочет.

— Кто разрешил? — спросил Саня.

— Кто-кто, Всевышний. По-нашему Иисус, по-ихнему Аллах. Ну, не собственной персоной, конечно.

— Так зови ее к нам, потрындим, — предложил я.

— На фиг мы ей сперлись? — хохотнула Эпоха. — Она с тех пор торчит возле Илюшиной картины, как ее, королевны в перьях.

— Царевны-Лебеди?

— Точно, возле нее. Торчит, а когда Илюша к этой Царевне подходит, она его целует. Така любовь, — заключила Эпоха.

— Да вы тут охреневшие все! — возмутился я. — Картина висит в моей квартире, где Ленка живет. И там дух Зары ошивается?

— Ну а чо, тебе жалко? — Эпоха крякнула.

Мы с Саней в едином порыве уплотнились в сторону старухи:

— Ктоооо?

— Ну эта, шалава малолетняя, наркоманка, тоже как-то вырвалась со своего кладбища, свободная она, — пояснила Эпоха.

— Тамарка? — Моя субстанция онемела в неожиданной догадке.

— Да, вроде так ее зовут. Тоже любит Шалушика. Он, вишь, как медом намазанный. Так что Ленка твоя им не помеха.

* * *Намазанный медом… Я помню наш разговор с Леной перед его операцией.

— Если ты его не спасешь, я разведусь с тобой, — произнесла она без доли иронии.

Примерно то же самое сказала мне в слезах мама:

— Родик, ты вылечишь его, иначе я от тебя отрекусь…

Я не находил себе места. Илюха был мне крайне дорог, мы действительно сблизились с возрастом, но истерические порывы женщин выбивали меня из колеи. Будто моя ценность была только в том, что я оберегал его жизнь. Первые признаки Илюшиного недуга обнаружила именно Ленка.