Онлайн книга Моя новая маска

— Двадцать две тысячи ферков, ежели со всеми процентами брать! — победительно ухмыльнулся он.

Мне нужно было время, чтобы понять, сколько это — ферк, достаточно ли продать особняк, являюсь ли я сейчас совершеннолетней и кучу других вещей. Поэтому, глядя между рыжих бровей на резко обозначившуюся жирную складку, я спокойно ответила:

— Я хочу подумать над вашим предложением, трок Валим. Пока были живы мои родители, они не считали нужным объяснять мне финансовое положение семьи. Поэтому сейчас мы закончим беседу, а ответ вы получите через несколько дней.

"Не знаю, какой он торговец, но деловые переговоры мужик совершенно не умеет вести. Возможно, он просто не счёл меня серьёзным противником, но он вскочил и покинул зал, даже не поклонившись, со словами:

— Ну, посмотрим, посмотрим…

Когда за купцом захлопнулась дверь, странно всхлипнув, на его место уселся Линк. Он смотрел на меня исподлобья, но с удивлением и боязнью. Даже заговорить решился не сразу.

— Ты, Элен, как каменная!

Я не поняла, чего больше в его голосе — восхищения или осуждения, но, поскольку этот разговор всё же меня изрядно вымотал, а в желудке было сосущее чувство пустоты, сказала:

— Покажи мне, где находится кухня, Линк.

Зябко передёрнув плечами, мальчик послушно кивнул и пошёл к дверям, приговаривая:

— Пойдём скорее, там хоть согреться можно!

Кухня находилась в полуподвальном помещении и поражала своими размерами и пустотой — только половина её была худо-бедно меблирована.

В центре обставленной половины стояла довольно большая чугунная плита, вторая такая же осталась в пустой части кухни. Здесь был старый, поцарапанный во многих местах, но чисто вымытый стол, на котором стояла разномастная посуда — перевёрнутые кверху дном чашки, вперемешку — несколько тонких фарфоровых тарелок и глиняных мисок.

В углу располагался чудом уцелевший резной буфет — вместо одной ножки был подложен кирпич.

А самым странным был отгороженный в углу, недалеко от печи, загончик, примерно два на два метра. В загончике, на усыпанном толстым слоем соломы полу, стояла маленькая девочка с льняными кудряшками, над перегородкой было видно только лицо.