Онлайн книга Морские гезы

Несколько уровней террас с каменными стенами и казематами с бойницами. Старинные чугунные пушки все еще стояли на позициях. Некоторые помещения вырублены в скале. Поэтому местные называли крепость Скалой, хотя у нее было длинное официальное название, которое я не запомнил. Зато в память врезалась фраза, которую о крепости якобы сказал пират Генри Морган: «Для ее защиты хватит одного солдата и одной собаки». Предполагаю, что в обязанности солдата входило бы своевременное кормление собаки.

— Нет, только начали строить, — ответила Тереза Риарио де Маркес.

— Увы! Я был в Сантьяго с мирными целями, привозил груз из… — я чуть не ляпнул «из России», — …из Италии. Тогда я служил капитаном на чужом корабле.

— А этот твой?! — удивилась она.

— Благодаря инквизиции, я поменял торговый флот на каперство и стал богат настолько, что смог позволить себе такой корабль, — рассказал я. — Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

— С ее помощью мы избавляемся от врагов веры, — твердо заявила синьора Тереза.

Переубеждать верующего бесполезно. Вера построена на чувствах, а не умеющего думать нельзя переубедить. Он может только одно чувство (веру) поменять на другое (другую), как случилось с протестантами, коммунистами, сайентологами… Переубеждать женщину и тем более бессмысленно. Или она с тобой — и тогда твоя вера или безверие автоматически становятся и ее, или с другим и его верой или безверием.

— Правильно делаете! — поддержал я. — Чем больше подданных короля уничтожите, тем слабее станете, тем легче будет победить вас.

— Испанская армия непобедима! — с ноткой обиды заявила Тереза Риарио де Маркес.

— Я это заметил сегодня, — сказал я и сменил тему разговора: — Давай лучше поговорим о том, какие у тебя красивые глаза.

Еще не встречал женщину, которой эта тема была бы неинтересна. Они могут сомневаться на счет любой другой части своего тела, кроме глаз.

— Когда гляжу в них, мне кажется, что оказался в бездонном омуте и тону, тону, тону… — выдал я.

Если вы восхищаетесь женщиной, можете говорить ей любые банальности, безвкусицу и даже пошлости. Вам простят все, если верите в то, что говорите. После трех недель воздержания я верил во всё.