Онлайн книга Одиночка

Я не воевать приехал. Мое слово — закон.

Словно в ответ на его высказывание в конце улицы появилась арба, за которой спешили двое грузчиков. Дождавшись, когда они покинут территорию станицы, Матвей наполовину прикрыл воротину и отправился на двор к Никандру, куда увел добытых коней. Быстро отвязав животных от коновязи, он порадовался про себя, что не стал снимать с них седла, и повел всю пятерку к околице.

— Забирай, — протянул он поводья горцу, так и стоявшему у ворот.

— Джигит, урус, — скупо улыбнулся тот, забирая поводья коней.

— Елисей, — представился парень местным именем. — Ты правда ходил в Мекку пешком? — не удержавшись, спросил он.

— Знаешь наши обычаи? — удивился горец.

— Я здесь родился, — пожал Матвей плечами.

— Да. Пешком ходил, — кивнул Махмад.

— Хорошее дело, — нашелся парень. — Нам в Иерусалим так просто не пройти. Турки не пускают. Много паломников наших у них рабами стало. Не думают турки, что против воли Бога идут.

— Все в руках Аллаха. Если сильно веришь, дойдешь, джигит, — улыбнулся в ответ горец и, разворачивая коня, громко, так, чтобы слышали его попутчики, добавил: — Живи спокойно, Елисей.

— Ас-салам, — только и нашел, что ответить Матвей.

— Джигит, урус! — расхохотался горец и пришпорил коня.

— Чего это он такой радостный уехал? — раздался спустя несколько минут вопрос, и Матвей, провожавший гостей задумчивым взглядом, развернулся к бабке.

— Получилось с ним правильно поговорить, — устало вздохнул парень.

— Да ты никак ему его бандитов бесплатно отдал, — вдруг вскинулась бабка.

— За коней сто рублей взял, а тела отдал, — кивнул Матвей.

— Ай да внучок, ай да хитрюга! — рассмеялась Степанида. — И честь свою показал, и внакладе не остался.

— Откуда чести взяться, ежели мертвыми врагами торговать? — не понял Матвей и, почувствовав слабость, прислонился плечом к воротине.

— Ты чего, внучок? — всполошилась бабка, заметив его состояние.

— Немного, — нехотя признался парень. — Я домой пойду, бабушка, — отдышавшись, сообщил он. — Тяжело еще мне.

— Ступай, милый, ступай, — закивала Степанида, пытаясь подхватить его под руку.

— Я сам, бабушка. Ты лучше скажи, как Никандра хоронить будем?"

"— Да как обычно. Домовину ему сыны давно уже сколотили. Вот мы с Парашей его и обмоем, и закопаем, и молитву прочтем, как умеем.