Онлайн книга Пляска в степи

И ни разу с того самого дня, как сидел он на пиру для глядел на свою хоть*, не оставался он с ней вдвоем. Он даже не касался ее! Шатер Иштар сторожили мрачные, неразговорчивые хазары. Святополк кинулся к Багатур-тархану и тот, лживый узкоглазый ублюдок, поведал ему, что дочка занемогла.

И вот уже какую седмицу подряд от Иштар не отступает болезнь? Желтолицый тархан врал ему, врал прямо в лицо и даже взгляда бесстыжего не отводил. Ну, ничего. С ним Святополк попозже поквитается. Он, как никто, умеет ждать — это всякий скажет.

А по Иштар он, знамо дело, тосковал. Еще на пир тот первый разоделась она как беспутная, бесстыжая девка. Сидела напрочь да манила нежной кожей да своим запахом, который пьянил Святополка пуще всякого вина. Под тонким шелком виднелись очертания ее покатых бедер и наливной груди… Он прикрыл глаза, сдерживая животный рык. В штанах налилось тяжестью мужское естество.

Святополк вспомнил сладкий исход лета, когда подрали они отряд робичича в том жалком княжестве, и как он воротился в свой шатер, а в нем, как и полагалось, уже ждала его Иштар… Теперь же шатер ему грела какая-то хазарская девка, а его хоть*, его Иштар, ускользала от него подобно воде. Он ее получит. Рано или поздно, но он ее заберет, она будет принадлежать ему, и никто не сможет ему помешать. Ни Багатур-тархан, ни другой узкоглазый ублюдок.

Святополк всегда получает свое. Ладожский престол, желанную женщину. Скоро все в этом убедятся.

— Княжич! — Драган выехал ему навстречу из хазарского стана и перехватил на половине пути. — Из Белоозера вести пришли!

— Стой, стой, — Святополк резко дернул поводья, заставляя коня сбавить шаг. — Какие вести?

— Добрые! — воевода широко улыбнулся и поехал вровень с ним. — Говорят, ладожский князь призвал своего старого пестуна из Белоозера в терем. И еще говорят, что гонцы из княжеств у Ярослава по три раза на седмице бывают.

— Вот оно что, — медленно, растягивая слова, сказал Святополк. Выглядел он довольным. — И впрямь добрые вести. Неспроста робичич старика с места дернул.

— Вот и я так мыслю, княжич, — покивал Драган.

Святополк присмотрелся получше к своему воеводе и заметил у того во взгляде помимо веселья что-то еще. Не то тревогу, не то беспокойство. Но что-то точило Драгана изнутри, занимало его помыслы.