Онлайн книга Подстава. Книга вторая

У Эриха такое лицо стало, едва он понял, что я проснулась, что стало ясно – спалила на горячем. Но умел Дагрэй добавить апофеоза ситуации.

– Мелани, это моя мать, – произнес он, разворачивая сейр ко мне.

А на мне кроме легкой простыночки и кучи трубок от капельницы ничего больше не было! Так что представление вышло то еще.

– Мать, – ровным голосом, словно все идет прямо таки наилучшим образом продолжил Эрих, – это моя любимая женщина и жена – Мелани Дагрэй.

Ну, если Эрих ждал поздравлений, то зря.

– Идиот! – холодно и высокомерно произнесла женщина, после чего вырубила связь.

– Твою мать! – выругалась я.

– Да, мать у меня та еще, – нехотя признал Эрих.

И раздраженно отшвырнул сейр. Тот свалился где-то в глубине каюты и, судя по звуку, разбился. Эрих молча обнял меня уже обеими руками.

Несмотря на попытку казаться отстраненным и спокойным, я чувствовала – ему хреново. Вероятно, это было первый раз за всю его жизнь, когда он обратился за помощью к матери, и, даже не удивлюсь, если обратился он к ней в первый и последний раз.

– Знаешь, а у меня была неплохая такая мать. Сержант Страйк нам вообще заменил сразу и мать и отца, – почему-то сказала я.

– Мне родителей заменил Тамран, – нехотя признал Эрих.

– Ну… он неплох, – решила я подбодрить Дагрэя. – Как тренер – шикарен, как пилот… такое себе, но я могу его потренировать.

Усмехнувшись, Эрих прикоснулся губами к моим волосам и пояснил:

– Знаю, что пилот из него не лучший, но я никому больше не мог тебя доверить.

Прозвучало собственнически, и отдавало немного психозом, но почему-то стало приятно, даже не знаю почему.

А еще я внезапно поняла, что:

– Эрих, я есть хочу.

Он отстранился, критически осмотрел меня и сдержанно произнес:

– Значит, идем на поправку. Ну вот и первые хорошие новости за последний месяц.

И тут мне как-то поплохело сразу.

– Эрих, – я села, стараясь не задеть трубки, подсоединенные к моим венам, – а сколько я спала?

– Месяц, – безмятежно отозвался Дагрэй.

Только вот в глазах его никакой безмятежности не было вовсе, там что-то другое поселилось, вообще кардинально противоречащее безмятежности.

***

Кормил меня Эрих. Купал – Эрих. Одевал тоже он, причем больше никаких сверхпрочных чулок – сам спецом на моих глазах порвал несколько пар, чтобы я так сказать не рассчитывала на них вовсе. Я и не рассчитывала – стараясь этого не показывать, я пребывала в тихом ауте. Потому что мне с трудом давалось даже стояние на месте, не говоря о шагах. И все же на прогулке я настояла.