Онлайн книга Практическая романтика

— Во-во, — продолжал смеяться Юра. — Представляете себе стриптиз, когда на нем одни трусы и были? Ну вот, у девицы глаза на лоб, от такой неожиданности она под воду и ушла. Скорее всего, она там спрятаться просто пыталась. Ну, а я спас, раз нам такие задачи нарезали.

Близняшки хохотали звонко, да и мне было смешно. Один Герман грустил:"

"— Карина Петровна вообще приколов не понимает. В общем, меня обратно в прачечную отправили. Там, говорит, моя харизма не так разит случайных жертв. Это она ревнует, просто прямо сказать не может.

— Бе-едненький! — протянула Кристина сквозь смех. — Чувствую, после нашей практики Карина Петровна на пенсию будет проситься! Марк Александрович просто обязан засчитать ей эти два месяца в трудовой стаж как двести лет.

В клуб мы так и не съездили, а Карина Петровна не попросилась на пенсию.

Через пару дней я вылетела из комнаты, услышав шум за дверью. До завтрака оставалось еще полчаса, потому и заинтересовалась. Сразу же столкнулась в коридоре с Кристиной, которая что-то объясняла Мишелю с таким лицом, что мой интерес мгновенно перерос в тревогу:

— Мои десять минут назад позвонили, уже истерят, типа не туда увезли.

— Моя мать в больнице уже, но дальше приемника не прошла, — отозвался Мишель.

— Что случилось? — вклинилась я, нервничая все сильнее.

Кристина открыла рот, чтобы ответить, но почти сразу перевела взгляд мне за спину и спросила:

— Юр, можно с вами поехать?

— Нет, Кристин, — тот ответил сухо.

Теперь я разглядела и остальных — бледные какие-то, взвинченные.

— Что случилось? — теперь я спросила сразу у всех.

Мне объяснил Юра:

— У Марка Александровича инфаркт. Прогнозы… да никаких пока прогнозов.

И только тогда я разглядела Германа в дверном проеме. Просто одеревенела от его вида: посеревший, ничуть не напоминающий живого человека, не то что себя самого, смотрит на свою руку с ключами, застыв в этой точке. Юра тут же развернулся к нему:

— Нет-нет, я поведу, — он мягко подхватил Германа под локоть и снова обратился ко всем: — Ребята, я позвоню, как будут новости.

Все закивали, но что-то еще уточняли. И только я не могла оторвать взгляда от Германа. Передо мной стоял не он — не самоуверенный чурбан, которому море по колено. Передо мной был маленький сломанный мальчик, который никак не мог понять, что происходит.