Онлайн книга Просто друзья (СИ)

Словно ожог. Но он не приносит боль, не хочется отвернуться от источника опасности. Наоборот, желание, чтобы Глеб не останавливался, а терзал их дальше, доводя меня до грани.

— Так? — хитрый взгляд хищника, но он не несет в себе смерть. Только наслаждение.

— Да.

Мне хочется тоже сделать ему приятное, но не вовремя вспоминаю о том, что ничего не умею, не знаю. А самое главное, что страшно признаться и боязно проявить инициативу.

— Глеб…

— М? — он не отрывается от меня, целует, уже не так нежно.

Может, я больше невоздушная и нехрупкая куколка.

— А что приятно тебе? — решаюсь я. В глаза смотреть боюсь. Позорно опускаю взгляд. Глеб остановился, больше я не чувствую его поцелуев, но отчего-то знаю, что он улыбается и пытается не засмеяться. Не время, Глеб.

— Минет, — будничным тоном ответил он.

— … а еще? — тихо спрашиваю.

— Еще… можешь первая меня поцеловать.

Он наклоняется ко мне. Его глаза темные, вижу в них свое отражение. И легкая улыбка трогает губы, его заводит эта игра.

Касаюсь его губ. Они правильные. Если бы их рисовали художники по классическим канонам, то пришли бы в восхищение от их пропорциональности. Они твердые, но почему-то сами поцелуи бывают мягкими. Мой Глеб Навицкий такой же твердый снаружи, крепкий, словно морской камень, но стоит пройти времени — и морские волны сгладят его поверхность, она больше не будет шершавой, станет гладкой. Это не сделает его мягким, но позволит ему стать обтекаемым.

Я целую его как умею, ведь по сути это мой первый поцелуй, когда инициатором была я. Это и будоражит, и волнует. Только Глеб не дает мне насладиться таким уникальным моментом. Мой камушек прижимает меня к себе сильнее, поцелуй уже не такой невинный. Он — прелюдия к большему.

— Знаешь, как я понял, что у меня аллергия на шоколад?

— Ты правда хочешь об этой сейчас поговорить?"

"Я чувствую влагу между ногу и уже знакомый горячий клубок со своими нитями.

— Я скажу. После седьмого кусочка дурацкой шоколадки я начал задыхаться. Не мог вдохнуть, горло словно пережали. Я чувствовал першение и непонятное мне жжение. Как сейчас. Шоколадка.

— Глеб, — теперь задыхаюсь я.

Чувствую его, каждую мышцу. Возможно, и каждую венку, такую родную и нужную мне.