Онлайн книга Пуля для карателя

Агентура в тылу советских войск оставалась разветвленной, умело структурированной и глубоко запрятанной. Надо сваливать. Маршрут пока не очерчен, но он справится…

Таврин вышел из кабинета с нахмуренным лицом, сунул папку под мышку, запер дверь на ключ и неторопливо двинулся к лестнице.

— Минуточку, господин Венцель! — словно ножом пырнули в загривок.

Он резко повернулся. Майор Кристиан Гайдрих — ушлый жилистый тип с неприятным взглядом — образовался из полумрака коридора у Таврина за спиной и быстро приближался.

— Хайль Гитлер, герр майор! — Резкое опускание головы, едва не касаясь подбородком щитовидки, и такое же резкое вскидывание.

— И вам того же, гауптман, — ворчливо бросил Гайдрих, со смутным скепсисом озирая вытянувшегося капитана. — Что происходит, Венцель, вы можете объяснить? — Колючие глаза буравили советского разведчика, который в этот момент явственно ощутил себя на грани провала.

— А что-то происходит, герр майор? — Таврин старательно пытался сохранять спокойствие и невозмутимость.

— Полагаю, да. Мне сообщили, что ночью прибыл наш агент из большевистского тыла с позывным «Болотник», и его оперативно прибрали ваши люди. С чем это связано, Венцель? Надеюсь, этому есть логичное объяснение — в противном случае я вынужден инициировать расследование. Где «Болотник», где ваши люди? Полковник Ритхофен, находящийся со мной на связи, очень недоволен.

А за дверью — главный сюрприз… Имелось что-то комичное в этой напряженной служебной драме.

— Прошу прощения, герр майор! — Голос Ивана звучал ровно и беспристрастно. Его загнали в угол, импровизировать с умом не осталось времени, приходилось импровизировать безрассудно! — Мои люди провели беседу с Николаем Шитовым, и у нас возникли резонные опасения, что его используют Советы. Не можем избавиться от ощущения, что это двойной агент."

"— Какую чушь вы несете! — вспыхнул Гайдрих.

— Они проводят очную ставку Шитова с Томасом Эбелем, которого подозревают в сотрудничестве с русской разведкой.

— Я был у Эбеля час назад, он едва пережил ночной допрос — с ним проводили время гестаповские костоломы. Эбелю оказывали срочную медицинскую помощь — в противном случае он уже отправился бы в свой большевистский ад.