Онлайн книга Развод. Цена моего прощения (СИ)

Постепенно приходит чувствительность ко всем конечностям. Я начинаю чувствовать, что у меня замёрзли ноги. А рукам, наоборот, горячо и их не переставая растирает Кир своими руками.

— Заплатка, которую этот говнюк поставил на запаску, лопнула. Вот нас и занесло, — объясняет Кирилл. — Ты как? Где болит?

Его слова проникают в мой мозг, и медленно тянутся. Мне кажется, что я даже чувствую, как думаю. Как медленно усваиваю и понимаю, что он только что сказал.

— Понятно.

Киваю и хочу поднять руку, чтобы почесать лоб.

— Тшш, не надо. Не трогай. Ты голову разбила. Вроде ничего страшного, только кожу повредила. Но врачи сейчас зашивают хорошо, даже шрама не останется.

Голова начинает болеть.

— Понятно…а ты? …как?

— Я в порядке.

— У тебя тоже кровь на лице.

— Царапина. Почему у тебя такие руки холодные?

— Они всегда такие.

Хочу подняться.

— Может, пока не стоит. Вдруг у тебя кости сломаны."

"Как-то неожиданно слышать нотки беспокойства в его голосе.

— У меня ничего не болит. Кроме головы.

— Ну вот и лежи.

— Холодно.

Он тут же помогает мне подняться и садит на свои колени, прижимая к себе.

Утыкаюсь в его грудь. От него пахнет удивительно знакомым ароматом. Смесь хвойных ноток с чем-то древесным и цитрусовым. У меня даже слюна выделяется. Напоминает одеколон «Шипр» только менее резкий. Папа им любил душиться. От Кирилла исходит волна жара, я моментально согреваюсь.

— Ты там уснула, что ли?

Рука скользит под подбородок, обхватывает его и поднимает моё лицо, так что мы смотрим в глаза друг другу.

— Тебе нельзя спать, — шепчет тихо.

— Я не сплю.

— Молодец.

— Мы будем сидеть здесь?

— Подмога уже едет. Может, час придётся подождать. Выдержишь?

— Конечно.

— Уже не так холодно?

— Нет. Ты горячий.

Он довольно усмехается и тут же кривиться.

— Тебе больно? Что-то повредил?

Я хочу отстраниться, но он не даёт. Держит на груди.

— Всё нормально. Об руль немного ударился.

— Надо осмотреть.

— Ты что врач?

— Нет. Но…

— Всё хорошо. Сиди. Мне так спокойнее.

Сейчас мне совсем не хочется с ним спорить. Именно в этот момент, когда Кир становится заботливым, мне хочется насладиться и посмаковать его тепло. Все попытки мозга напомнить, что он хам и изменщик, я заталкиваю подальше, с мыслью, что подумаю об этом потом.

Время застывает. И я почему-то рада, что мы вот так сидим вместе.