Онлайн книга Скажи пчелам, что меня больше нет

— Мне в самом деле жаль, — вполне искренне сказал Ричардсон. — У меня нет к вам личной неприязни, и если бы я мог решить дело, не привлекая вас, то так и поступил бы.

Грей неохотно перевел взгляд на собеседника, одетого в форму майора британской пехоты."

"— Я слышал о двойных агентах и встречался с ними, — произнес он по возможности вежливо. — Но будь я проклят, если видел человека, так часто меняющего решения. Будьте добры сказать, на чьей вы стороне.

Ричардсон изобразил улыбку, однако попытка вышла не совсем удачной.

— Вы задали не такой простой вопрос, как вам кажется, — ответил он.

— В данных обстоятельствах это лучшее, на что вы можете рассчитывать.

Грей закрыл глаза и поднес стакан к носу: возможно, вдыхание паров бренди уменьшит головную боль, не опьяняя его. Он подумал, что в компании Ричардсона опасно быть пьяным.

— Тогда позвольте и мне спросить вас. — Капитанское кресло заскрипело, когда Ричардсон наклонился вперед. — Однажды я поинтересовался, есть ли у вас личный интерес к Клэр Фрэзер.

Это заставило Джона открыть глаза. Ричардсон говорил мягко, взирая на него с видом терпеливой кошки, сидящей у мышиной норы. Джон осторожно коснулся затылка и посмотрел на пальцы. Кровь все еще шла, но не сильно.

— Я мог бы сказать, что это не ваше дело, — ответил он, вытирая пальцы о бриджи. — Однако причин для секретности нет. Вы угрожали арестовать даму за подстрекательство к мятежу. Она была вдовой моего хорошего друга.

Ричардсон кивнул.

— Ну, разумеется. Галантный жест, милорд.

Казалось, он слегка удивлен, хотя трудно было судить наверняка.

— Как я понимаю, брак просуществовал недолго из-за неожиданного возвращения мистера Фрэзера из подводной могилы. Но не рассказывала ли эта дама вам при обмене супружескими откровениями что-нибудь о своей прошлой жизни?

— Нет, — без колебаний ответил Грей.

— Весьма странно, — заметил Ричардсон.

Ручеек беспокойства потек по затылку Грея — или, возможно, это была просто капля крови. Обстоятельства, чтоб тебя. Он осторожно откинулся назад, стараясь не шевелить ноющей головой, и одарил Ричардсона непроницаемым (как он надеялся) взглядом.

Ричардсон долго смотрел на него, затем, коротко кивнув самому себе, встал, взял с полки кожаную папку и снова сел.