Онлайн книга Сладкое искушение

Жизнь была определенно более приятной, если вы предпочитали концентрироваться на позитиве, а не на негативе. И мне было за что быть благодарной. Любящий муж, разумно воспитанная собака и трое замечательных детей.

Эпилог

КАС СИОВ прошлом я посещал пляжный домик своей семьи, чтобы обрести внутренний покой и напомнить себе о красоте жизни. Я встал рано, чтобы постоять на крыльце и посмотреть, как океан катится по белому пляжу, послушать успокаивающее журчание воды, не будучи потревоженным. Я часто брал с собой работу.

Сегодня я проспал всю ночь. Кое-чему меня научила Джулия. Было уже больше девяти, когда я вышел на крыльцо. Джулия и дети уже встали. С пляжа до меня донесся смех, но не тишина прошлого. Я не упустил его из виду. Я пришел сюда не для того, чтобы обрести внутренний покой или увидеть что-то прекрасное. Внутренний мир нашел меня, когда Джулия вошла в мою жизнь. Мне не нужно было ехать сотни километров в поисках пляжного домика для этого. Теперь мне оставалось только вернуться домой к жене.

Я закрыл глаза и подставил голову раннему утреннему солнцу, позволяя ему согреть мою верхнюю часть тела и лицо. Многие аспекты моей жизни оставались темными пятнами жестокости, но мой дом стал моим надежным убежищем.

— Любимый, не хочешь присоединиться к нам? — крикнула Джулия.

Я внимательно посмотрел на нее.

Одной рукой она баюкала нашего двухмесячного сына, а другой прижимала к голове свою огромную солнечную шапочку.

— Любимый?

Это слово не было случайной нежностью, рожденной привычкой, исходящей из уст Джулии. Каждый раз, когда она произносила это слова, в них был смысл.

Джулия впитывала это слово «любовь», это чувство в каждое свое действие, в каждую улыбку, в каждую клеточку своего существа.

Я направился к ней, песок цеплялся за мои босые ноги, пересекая дюну к пляжу.

Симона и Даниэле купались в холодном океане, гоняясь друг за другом и смеясь. Было тепло для конца октября, но вода была очень холодной. Там, в Филадельфии, такие моменты детской беззаботности были редки для Даниэле. В двенадцать лет, почти в тринадцать, ему оставалось чуть больше года до того, как он станет членом мафии — его четырнадцатый день рождения должен был стать днем его посвящения.