Онлайн книга Свобода от смерти

В любом случае смерть! Не умерев, нельзя родиться! Это аксиома Вечности.

Необходимо сделать очередной сознательный выбор — эволюционировать или пополнить ряды космических отбросов, поскольку предательство не прощается.

Наконец внутреннее напряжение достигло критической отметки. В один из декабрьских вечеров (дня за три до Нового года), находясь дома, я почувствовал смертельную тоску и неодолимое стремление каким-то образом исчезнуть вовсе, перестать быть совсем, раствориться без следа и памяти. Тотчас возник страх, я начал метаться по комнатам (дома были жена и дочка), подбежал к балконной двери (мелькнула даже мысль броситься с двенадцатого этажа), закрыл ее покрепче на три запора, затем сказал жене, что мне очень плохо и я хочу спать, просил меня не трогать и ни о чем не спрашивать.

— Что будет, то будет. Господи! Я полностью тебе доверяюсь. Меня нет, я исчез.

В этот самый момент будто что-то лопнуло в груди, и невероятная легкость разлилась по всему телу. Страх чудесным образом исчез. Я просто чувствовал огромную усталость и боялся пошевелиться — вдруг страх снова вернется. Ощущение такое, что прорвался нарыв, который невероятно долго и болезненно пульсировал внутри. Незаметно я уснул, а утром проснулся совсем другим человеком.

Первое, что я ощутил по пробуждении, — блаженную легкость во всем теле. От вчерашних смертельных страданий не осталось следа. И еще — хотелось обнять весь свет и объясниться каждому в любви. Я любил все и вся — людей, животных, растения и даже неодушевленные предметы. Я раз и навсегда ясно прочувствовал, что смерти нет и быть не может. Я вечен, как вечен Мир, в котором мы живем. Что бы со мной ни случилось физически, я никогда не умру, всегда был, есть и буду. Теперь это не просто декларация — это факт.

"Я родился в Вечности. Шри Ауробиндо и Мать называли это рождением психического существа (читай, души) — частицы Бессмертия в нас. «Эго», которое долгое время причиняло мне столько хлопот и страданий, было смертельно ранено. Правда, об окончательном его исчезновении говорить слишком рано. Кокон обособленного существования лопнул. Теперь я есть Все, теперь я везде. От радости осознания этого факта я начал лихорадочно целовать жену, дочку, кота.