Онлайн книга Вперед в прошлое 4

Дочь бабы Вали достала из сумки пирожок и протянула мне.

— Помяни рабу божью Валентину. Спасибо, Паша, вы нам очень помогли, мама мне рассказала, как ты заставил ее пойти к врачу.

Я закусил губу. Помог, ага. Ускорил ее смерть! Не погнал бы на рентген, прожила бы еще два года. Подойдя к гробу, я вытащил из рюкзака конфету, «снежок», и положил на скрещенные руки покойницы. Бабушка, которая всех детей угощала леденцами, покойся с миром!

— Она была хорошим человеком, — прошептал я. — Мне очень жаль. Сил вам!

Настроение испортилось, и аппетит пропал.

Мама осталась прощаться с бабой Валей, а я поднялся к нам. В зале Борис дорисовывал Наташку, и получалось очень даже! Не сказать, что как живая, но вполне узнаваемая. Вспомнилось, как я разговаривал с художником на рынке, и он оставил свой телефон. По-моему, самое время Борису заняться живописью серьезно.

— Баба Валя умерла, — сказал я.

— Мы знаем, — отмахнулась Наташка.

— Ага, — кивнул Борис.

Ну как вы не понимаете, что смерть — это навсегда? И что умерла она из-за меня! Здравый смысл сказал, что я ничего плохого не делал, наоборот, хотел, как лучше.

Вместо того, чтобы отрабатывать приемы с Ильей, я закрылся на балконе, достал тетрадь с событиями будущего, принялся вспоминать и записывать. Теперь не было уверенности, что память останется со мной. Или останется? Но все равно лучше перестраховаться.

День прошел, как обычно: репетиция тренировки и отработка на Илье болевых — все получилось! Потом тренировка по-серьезному, «мафия», где король пик, обозначающий мафию, выпал мне четыре раза подряд.

В девять мы разошлись по домам.

Спать я лег пораньше, в детские десять часов вечера, поменявшись кроватями с Наташкой,потому что семейство решило смотреть американский фильм «Серое и голубое». Мама аж запереживала, не заболел ли я, приложила руку ко лбу, когда я уже лег.

"Где это видано — по телеку «Коламбия пикчерз представляет», фильмы крутые заморские показывают, а ребенок спать вздумал!

Ребенку же гораздо интереснее было посмотреть сон.

Я чувствовал что-то необъяснимое, будто я лечу на параплане, влетел в турбулентность, и меня колбасит. Не опасно колбасит, как когда может смять и опрокинуть, а будто воздух — это огромный бокал игристого с миллионами пузырьков, которые поддерживают, подталкивают.