Онлайн книга Ребенок для Зверя

И похожа сейчас на нее очень. Такая же волнительная, настороженная. И глаза огромные, темные, поблескивают влажно.

Ловлю себя на том, что уже не злюсь.

До этого весь вечер смотрел на нее и гадал, что же такое со мной произошло? Откуда нахожу в себе силы сдерживаться? Брат, сидящий рядом и источающий буквально волны гнева и ярости, направленные на длинноногую беспечную блондинку, которая почему-то совсем отключила ему мозг, не добавлял адекватности. Наша двойная ярость, постепенно переплавляемая в холодное бешенство,  только усугублялась, не делясь на двое, а множась в геометрической прогрессии.

Честно говоря, я думал, что после мероприятия, когда поймаю Наиру, буквально разорву ее, настолько злоба кипела, настолько глаза красным туманом заволакивало.

Смотрел на нее, такую беспечную, улыбчивую, красивую, словно грех оживший, и в голове совсем не кровавые картинки проносились, а огненные, обжигающие! Сладкие! Как тот самых грех. Как она сама.

И когда поймал ее, вдоволь наобнимавшуюся с половиной своих коллег, включая непосредственного начальника, что опять-таки наводило на самые неприятные мысли о том, каким образом неопытная девочка могла попасть в такую корпорацию и на такую должность… Когда поймал у туалетной комнаты, куда вообще не стоило сейчас заходить, потому что брат и без того еле сдерживался, а тут бы совсем слетел с тормозов, если б помешали наказывать белокурую шведку за ее безобразное поведение…

Я тоже был в ярости.

Но, когда мы оказались один на один за закрытой дверью, где никто не мог помешать, я посмотрел на нее и понял, что воплотить все свои горячечные, распаленные злобой и длительным воздержанием, фантазии, не смогу.

Раньше почему-то мог.

Год назад, когда считал ее обманщицей… Да и то не мог. Тряпка я, а не мужчина. Что сказали бы мои предки, если б узнали… Отец? Дед?

Я бы хотел быть последовательным с ней, хотел бы воздать за все… Но смотрю на нее и не могу.

Как она сумела так пробраться под кожу? Что такого в ней, что не могу даже дышать нормально, рядом находясь?

Она считает меня зверем, смотрит неуступчиво и так отчаянно, готовая защищаться. А ей не надо защищаться от меня. Ей просто надо меня приласкать, посмотреть без страха и равнодушия.