Онлайн книга Жизнь за жильё. Книга вторая

Интересно…

Успокоенный старший матрос запаса спросил:

— Однополчанина как зовут? Я тут в округе всех знаю.

— Толик Костылев. Ровесник мой почти, с 66 года, — с готовностью сообщил приезжий.

— Костыль что ли? Так он умер год назад. На машине разбился.

— Не было у Толяна машины, — уверенно возразил Тимур, делая вид человека цепляющего за соломинку при известии о смерти близкого человека.

— У соседа угнал и в карьер слетел, — разбил последнюю надежду местный житель.

Кантемиров оглянулся, заметил скамейку в кустах, подошёл, положил сумку, присел и тяжело вздохнул.

— Как же так… Жена у него и сын. Он мне сам в Германию писал.

— Продали они квартиру и уехали, — сообщил собеседник и присел рядом. — Могу только место на кладбище подсказать. Здесь недалеко.

— Слушаю.

Коренной бокситогорец подробно объяснил, как добраться до кладбища, и где расположена могилка усопшего. В конце инструктажа Всеволод Александрович облизнул губы и сделал логичное заключение:

— Помянуть бы? Здесь магазин рядом.

— У меня с собой. Думал, с Толяном раздавим, — задумчиво ответил приезжий, раскрыл сумку и продемонстрировал плоскую бутылку «Smirnoff». У местного загорелись глаза.

— Интересная посуда. Заграничная?

— Хорошая водка, — подтвердил Тимур, вспомнил про обеденное время и спросил у нового товарища:

— Закусь организуешь?

— Пойдём, металл сдадим и в магазин. А потом ко мне приглашаю. Живу через дом. — Всеволод Александрович деловито вскочил со скамейки и поднял свою котомку.

— Деньги есть, — Кантемиров поднялся вслед.

— Колонка за углом.

Действительно, всё оказалось рядом: и магазин, и колонка, и комната в коммунальной квартире старого немецкого дома. Тимур сориентировался на местности и по дороге обратил внимание на свежую решётку на окнах первого этажа соседнего «немецкого» дома. На стене над окнами остались свежие следы копоти. Именно этот дом был отмечен Эдуардом на самодельной карте."

"Гость города показал пальцем и спросил, как бы, между прочим:

— Квартира горела?

Коренной бокситогорец вновь испуганно взглянул на Тимура, который спокойно пояснил свой вопрос:

— Я в Ленинграде пожарным работал.

Всё понятно — профессиональный интерес. Всеволод Александрович выдохнул и ответил:

— Пожар был не так давно. Месяца два назад.

— Людей всех спасли? — Тимур поддержал разговор.

— В квартире только один мужик жил. Успел из окна сигануть.