Онлайн книга Анахрон

Кобель врезался в Сигизмунда, едва не уронив его снова, и разочарованно зарычал в сторону подвала.

Отошли от дома. Оказавшись в более темной части двора, Сигизмунд свернул руку калачиком и показал Лантхильде, как надлежит чинно прогуливаться под ручку. С третьей попытки у девки получилось. Она снова хихикнула, сказала что–то, помянув Вавилу, и принялась расхаживать с Сигизмундом взад–вперед по двору.

Сигизмунду стало смешно. В не очень старших классах они начинали ходить с девочками под ручку — именно так, чинно. Это считалось чуть ли не последним шагом перед тем, как сделать предложение.

Особым шиком было рассказывать потом, как «ходил с Ипатовой под ручку, а после ничего ей не сказал». Звучало так, будто соблазнил эту Ипатову, ученицу 6–го «В» и бросил ее с ребенком на панели.

Так и ходили по двору Сигизмунд и Лантхильда, невинные и гордые, точно шестиклассники. Девка показала на детский садик. Поинтересовалась. Сигизмунд изобразил «уа–уа».

— Барнило, — подсказала Лантхильда.

— Барнило хуз, — выродил Сигизмунд.

Ай да Сигизмунд Борисович! Ай да сукин сын! Здорово шпарю на незнакомом языке! Мало того, что языка не знаю — не знаю даже, какой это язык!

Скрип–скрип по снежку. Возвратились к крыльцу. Кобель бесновался у подвала. Кошку на бой вызывал. Кошка сидела на безопасном расстоянии. Холодно наблюдала за псом. В подвальном оконце были видны ее янтарные глаза.

Девка остановилась перед домом. Задрала голову. Во многих окнах горел свет.

На ее лице показалась печаль. Она будто поняла, что находится очень далеко от тех мест, к которым привыкла.

От мамы–тайги, от папы–бурелома.

— Пойдем–ка, девка, домой чай пить, — сказал Сигизмунд добродушно.

* * *

Сигизмунд уже не помнил, когда в последний раз так безмятежно–приятно проводил вечер. Настроение у него было беспричинно хорошее. Странно, но у Лантхильды — и это он чувствовал — тоже.

Они вернулись домой, в приятное тепло после морозца (Сигизмунд не без удивления обнаружил, что у работников котельной есть совесть). Заварили чай.

Сигизмунд порезал к чаю лимон и выложил на блюдечко."

"Лантхильда уже приуготовилась к торжественной трапезе. Небось, у них там, в землянке, за стол и не садились, кроме как всем обильным семейством. Еще и молитву хором читали прежде чем приступить ко вкушению пищи: лютеранско–старообрядческую, часа так на полтора.

Сигизмунд безмерно удивил Лантхильду, нагрузив чашки, сахарницу и лимон на подносик. Видать, до подносика цивилизация, породившая девку, не изощрилась.