Онлайн книга Брак поневоле

Теперь я тебя точно не отпущу, Лиса-а-а, – стонет Влад, – от меня ты уйдёшь только прямиком в могилу… Ясно тебе?

Киваю, потому что ужасно хочется, чтобы это побыстрее кончилось: невероятно больно, но вместе с тем неправильно возбуждающе. Чувствую нарастающие волны оргазма. И хочется, чтобы Влад получил своё, выплеснулся побыстрее и не смог бы вновь торжествовать победу надо мной, трясущейся от наслаждения.

– Так не пойдёт.

Влад перемещает одну руку, фиксируя мой подбородок и сжимая его.

– Скажи, Алиса… Тебе всё понятно?

Движения его члена становятся невозможно быстрыми.

– Да-а-а-а, – простонала я вместо того, чтобы просто ответить.

И тут же почувствовала, как Влад накрывает мои губы жёстким поцелуем, толкается языком вглубь и устанавливает на меня свои права. Сразу и всюду. Подчиняет своей воле. Трахает на пределе, почти насилуя… Чертовски неправильно течь и биться в судороге наслаждения. Но это происходит. Я стону прямиком в его рот, впиваясь ногтями в кожу его шеи, и умоляю дрожью тела, чтобы не останавливался.

Всхлипнув, я чувствую, как меня сжигает пламя оргазма. Яркого, болезненного, но ужасно прекрасного. Отказаться не получается. И я жадно пробую его на вкус, пока он растекается по всему телу дрожью. Одновременно с этим Влад кончает, наполняя моё лоно своей спермой. Его трясёт в такой же лихорадке.

И глядя на лицо Влада, искажённое мукой экстаза, я вдруг понимаю, что ни один из нас не признается: так хорошо, как сейчас, нам не было уже очень давно.

Глава 5. Алиса

Дрожь наших тел, всё ещё находящихся близко друг к другу, постепенно прекращается. Трах был жёстким. По-другому произошедшее язык не поворачивается назвать. Влад приходит в себя первым. Он отстраняется и натягивает бельё с брюками, отцепляет мои руки от своей шеи. Я до сих пор обессилена и растерзана, но полна противоестественного удовольствия и удовлетворения. Словно вдохнула полными лёгкими ядовитый порошок, придавший жизни вкус перед тем, как он начнёт медленно отравлять меня.

– Дикарка, – усмехается Влад, дотрагиваясь до окровавленной шеи.

Он скидывает пиджак и быстро сбрасывает рубашку, садится на стол.

– Чего застыла? Жена! – он выплёвывает это слово, будто влепляет пощёчину, – в шкафу есть аптечка. Достань пластырь, залепи царапины. И пошевеливайся. У меня много работы.

Я встаю со стола. В голове звенит, меня немного пошатывает. Походка оказывается не такой лёгкой, как хотелось бы.