Онлайн книга Будь моей Брейшо

Глаза отца затуманиваются чувством вины, и он начинает издалека:

– Каждый мальчик вырастает в мужчину, но не все достаточно сильны, чтобы отпустить прошлое и изменить будущее…

– Стоп, – произносит Мэддок спокойным тоном, и все взгляды устремляются на него. – Больше никакого дерьма. Скажи прямо, отец.

И Ролланд говорит:

– Я взял любовницу Меро горничной…

– Горничная, – повторяет Ройс, поворачиваясь к нам.

Горничная, прислуга…

Внезапно на нас обрушивается осознание.

– Ты позаботился о ней, потому что любил своего брата, а она убила твою жену и наших матерей.

В глазах отца появляются слезы.

– Она могла бы убить и вас, но Мейбл услышала крики и успела как раз вовремя.

– Вот почему ты отправил ее в тюрьму, вместо того чтобы убить… Потому что она была беременна.

Ролланд кивает."

"– Я не мог убить своего племянника, хотя его мать убила мою жену и жен моих лучших друзей. – Он прочищает горло. – Пару месяцев спустя на пороге моего дома появилась какая-то женщина с младенцем на руках, она сказала, что это сын Меро, родившийся в заключении.

– Ты говоришь о ребенке… Он-то в чем провинился?

– Ни в чем. Однако я подумал о будущем. Я посадил его мать за решетку на всю жизнь, но она может выйти оттуда. Не сомневаюсь, что она найдет его взрослым и сделает все возможное, чтобы настроить его против нашей семьи.

– Меро никогда не переставал наблюдать за вами, – говорит Перкинс, делая шаг вперед. – Полагаю, он очень быстро узнал, что его сыну было отказано.

Отец вздыхает.

– Да, я тоже так думаю.

– Ты позволил Виктории попасть в Брей-хаус, потому что знал, что Мария ее мать, – доходит до меня.

Он этого не отрицает.

– Да, так и есть. Я привел ее туда, но ничего ей не сказал. Виктория сама во всем разобралась.

Провожу руками по лицу и поворачиваясь к Перкинсу.

– Что тебя заставило прийти сюда сегодня? Ты что-то знаешь о ней?

Похоже, он ждал моего вопроса.

– Офшорные счета Меро Малкари уже почти три года были заморожены. Но вчера их вычистили до последнего цента.

У меня внутри все переворачивается.

Нет.

– Сколько там было? – заставляю свой голос звучать спокойно.

– Чуть больше двенадцати с половиной.

Пытаюсь унять волну внутри, угрожающую опрокинуть меня на задницу.

Это я виноват.

Я сказал ей уйти, и она ушла.