Онлайн книга Дюймовочка и Великан

Я ее бегаю, ищу по всему лесу, чуть топором народ не рублю, спасаю, а она мне сцены устраивает. Достала.

В три шага преодолел расстояние, схватил Лизу на руки, перекинул через плечо, девушка успела только вскрикнуть.

— Самсон! Я не могу его оставить.

— Черт!

Егор вернулся, взял со стола Самсона, пошел на выход, вышел на улицу, направился к своему дому через лес. Надо было срочно сбросить пар и наказать Дюймовочку, отшлепать ее за эту сцену беспочвенной ревности, а потом уже начать наказывать иначе.

Шли довольно долго, первое время Лиза сопротивлялась, быстро устала, расслабилась, ее стало укачивать.

— Егор… Егор… стой… отпусти.

Хабаров остановился, поставил девушку на землю, Лиза вцепилась в его руки и, стараясь сфокусировать взгляд, уставилась на мужчину.

— У тебя такие красивые глаза, капец какие красивые, — глубоко задышала, облизала пересохшие губы.

— А вот это ты зря, Дюймовочка.

Егор не стал больше ждать, дернул девушку на себя, накрыл ее губы своими, чувствуя привкус ягод вперемешку с соленьями.

Глава 39

— Егор… подожди… дышать нечем.

Лиза наконец вдохнула воздуха, оторвалась от губ мужчины. Алкоголь мгновенно выветрился, сильные руки сжимали талию, девушка отчетливо чувствовала стояк Великана, а он и не скрывал этого.

— Пойдем быстрее, надо еще Медведева выпроводить, а то он решил устроиться жить в моем доме, так ему слияние с природой понравилось.

— Нет, постой, что это были за девки, о которых говорили?

— Лиз, кончай, будешь нести черт-те что, я начну тебя наказывать за все твои проделки прямо здесь.

Лиза прикусила губу, сдерживая улыбку, ей нравилось, как Егор смотрит на нее, как оправдывается и даже как злится. Но тело повело в сторону, лишь стоило ему отпустить Лизу и снова прижать к себе.

— Так быстрее, — Егор снова закинул свою Дюймовочку себе на плечо и продолжил путь.

На его радость машины Медведева не было у дома, свет не горел.

"Лиза вскрикнула, когда ее бросили на кровать, Самсон брякнулся об пол, она наблюдала, как Великан раздевается, и сама начинала возбуждаться. Он сделал из нее какую-то дикую, похотливую кошку, которой все мало и которая готова на любых поверхностях, в любых местах отдаваться страсти.