Онлайн книга Дюймовочка и Великан

Может быть, именно так Всевышний и подумает, но Лиза точно не хотела никак никого обидеть, играя роль, якобы она попала в какую-нибудь секту. Папа озадачится именно этим вопросом, и идея искать жениха и тем более выдавать ее замуж у него отпадет.

Когда Лиза появилась в доме и сняла плащ, все немного оторопели. Первой в себя пришла мама, она всегда была на позитиве и, что бы ни вытворяли ее дочери, она их любила.

Любовь Михайловна чистый ангел, золотой души человек. И как они, эти две противоположности — строгий полковник полиции в отставке и милая добродушная домохозяйка — уживались вместе, для Елизаветы было загадкой.

Поэтому маму обманывать было стыдно. Любовь Михайловна оглядела дочь, поджала губы, посмотрела на своего мужа. Тот побагровел, но не сказал ни слова, потому что в этот момент приехали гости. Лизе пришлось, конечно, шепнуть маме, что это все шутка, и она не должна волноваться.

Кирюша оказался задротом-отличником, учащемся на последнем курсе медицинского университета.

О какой семье они вообще говорили, Елизавета понять не могла. Но смиренно слушала, поправляла на голове платок, затягивала его все туже, боясь, что к концу ужина попросту перекроет себе доступ кислорода и упадет в обморок.

Никто не делал замечаний по поводу ее внешнего вида, но когда начали задавать вопросы, Елизавета нашлась что ответить.

— Простите, Лизочка, а вы чем занимаетесь?

— Я решила себя посвятить служению Всевышнему.

— Каким образом?

— Я его невеста, слышали такое? Невеста Бога.

— Да? Как интересно, — Кирилл открыл рот, его мать чуть не подавилась.

— Это когда невинная девушка решила отдать всю себя и свою девственность на алтарь служения.

— И что, вам нельзя выходить замуж? — папа Кирилла задал самый правильный вопрос.

— Нет, что вы, нам, конечно, можно, но именно тем, кто решил стать невестой, это запрещено.

Отец тяжело вздохнул, снова побагровел, Любовь Михайловна ушла в дом, мать Кирилла откашлялась. И в этот самый острый момент к ним нагрянули еще гости.

Ветрова решила, что спектакль может затянуться, и она может не справиться с выбранной ролью. Но остается только молчать, ковыряться в тарелке, есть только постную пищу, и, если что, под каким-либо предлогом уйти на вечернюю молитву.