Онлайн книга Флирт в Севильи

Пойдемте на улицу.

— Извините, — возразила она, — теперь уже я не готова. Идемте лучше в бар. У нас не так много времени.

Дронго покорно кивнул. Он чувствовал себя немного виноватым.

Они вошли в бар и увидели сидевшего у стойки Ионаса, который медленно цедил виски. Ингрид нахмурилась. Она прошла к столику и села на стул, спиной к Балодису. Дронго сел рядом и спросил, что она будет пить.

— Мартини, — попросила Ингрид, и он отправился заказывать мартини для нее и текилу для себя. Когда он вернулся, она сидела за столом, глядя перед собой.

Свой мартини она пила маленькими глотками, продолжая молчать. В этот момент к ним подошла официантка и попросила Ингрид спуститься в холл, куда был переключен телефон. Ей звонили из Риги.

— Это мама, — пояснила Ингрид, поднимаясь из-за стола, — она очень волнуется из-за меня.

Дронго видел, как она вышла из бара и направилась в холл. К нему подошел Балодис.

— Вы правильно выбрали, — сказал он, чуть шатаясь, — среди всех наших девочек Ингрид самая лучшая. И самая надежная.

— Я не настолько пьян, — твердо сказал он.

— Надеюсь, — пробормотал Дронго. — Вы придете на ужин?

— Конечно. — Было видно, что он с трудом сохраняет равновесие. — А вы не пойдете ужинать с Лилией?

— Здесь все про всех знают, — разозлился Дронго. — Нет, не пойду.

— Ну и правильно, — согласился Балодис, — не нужна вам эта Лилия.

— Вы пьяны, — строго сказал Дронго, — и не нужно так говорить о женщине. Расскажите лучше, с кем вы подрались в прошлом году в Ницце, когда ездили с другой группой.

— Это мое личное дело, — нахмурился Ионас, — и к группе не имеет никакого отношения.

— В таком случае идите скорее в номер. Вам лучше поспать, — посоветовал Дронго.

— Иду, — неожиданно легко согласился Ионас.

И глядя перед собой он вышел из бара.

«Надеюсь, что он доберется до своего номера», — подумал Дронго.

В бар вернулась Ингрид. Она переложила свою сумочку на другой стул и села напротив него. Подняла свой бокал с мартини. Чуть пригубила его.

— Иногда мне кажется, что ничего страшного не было, — вдруг призналась она, — не было нападения на Ингебору, не было угроз в мой адрес.