Онлайн книга Голод

Признаться, я переживал за девушку всей душой, когда с котенком было всё в порядке, надеясь, что она успеет унести его из отделения, прежде чем это увидит Рич и придет в ярость.

Зная его, я был уверен, что Рич будет метать молнии, подобно Зевсу громовержцу, потому что его отделение было идеальным во всех отношениях. Как и его клиника.

И когда я увидел его в дверях кабинета, то был готов просто занять круговую оборону вокруг Кэтрин и котенка.

Но что же Рич?

Он повел себя так, словно ничего не случилось, и будто по его отделению с недавних пор носились табуны животных, лишь бы не запрыгивали на операционный стол в процессе операции, и не лазили в морге.

Я был удивлен.

Очень!

Глаза брата смотрели на эту девушку по-особенному, и это наталкивало меня не некоторые подозрения.

В глубине души я надеялся, что это было лишь результатом троих суток без нормального сна.

Доехав до дома мамы, наобнимавшись и расцеловав её мокрые от слез щеки, во мне не было сил даже перекусить, когда я просто помылся в душе, едва не отрубившись там, и, даже не вытираясь, упал на кровать, уснув ещё в процессе полета моей головы до подушки.

Утро было ещё более веселое и сумбурное, чем я мог себе его представить!

Понятия не имею, как я смог услышать телефон, но встревоженный голос Кэтрин, и вопли на заднем плане разбудили меня в одну секунду.

И вот теперь, я сидел на высоком стуле в просторной светлой кухне, огромные окна которой были распахнуты, и в комнату заглядывал океан и теплое солнце, привнося с собой покой, запах ванили, корицы и изумительной сладости девушки, которая крутилась у плиты, готовя чай для меня, кофе для Кэтрин и завтрак для нас.

Облокотившись локтями о стол, и подперев голову сжатым кулаком, я не мог не смотреть на неё.

Не мог себя заставить отвернуться и начать дышать.

Она была такой миниатюрной, словно ожившая кукла.

….и это было не на руку девушке…и мне.

Её черные волосы волнами спадали по спинке почти до самых округлых ягодиц.

И, скользнув взглядом по её попке, я нервно почесал свою щетинистую щеку, напоминая себе, что вести себя подобным образом в доме девушке просто неприлично, даже если меня в этот момент никто не видел.

Внутри я ругал себя, ужасаясь тому, что я делаю, но мой взгляд продолжал скользить по ней, исследуя каждый изгиб её тела.

То, как она двигалась, как дышала, как убирала волосы, перекидывая их через плечо.

Как белые пальчики с заостренными ноготками, брали ложечку. Как она мешала кофе.