Онлайн книга Горячий Май

И ты поймёшь, что тебе будет хватать и меня одного. Без посторонних.

Глава 49

— Я тебя пну. Коленом в глаз, — пообещала я, глядя на Мая.

— Пинай, — беспечно отозвался он. — Но тебе понравится всё, что будет потом. Так что давай не будем тратить время зря. Хочу ещё раз поцеловать тебя вот здесь…

Май дотронулся пальцами до кружева трусиков, проведя пальцами до самого входа. Надавил, улыбнувшись.

— Очень горячая. Ещё хочешь меня пинать?"

"Май наклонился, целуя кожу живота. Мягко и осторожно, обвёл влажным языком ложбинку пупка и подцепил пальцами трусики, стягивая их вниз по ногам.

Не удержалась от того, чтобы не попытаться лягнуть этого нахала. Май обхватил мою ступню.

— Вредная колючка. Но каждый из твоих шипов я…

— Обломаешь? — выпалила я.

— Зацелую, — ответил Май, коснувшись губами внутренней стороны стопы.

От проникновенной нежности его поцелуя мне разом перехотелось злиться и кусаться, обзываться и попытаться оттолкнуть его, такого желанного, что было тяжело устоять перед ним.

Я судорожно вздохнула.

Май, почувствовав моё изменившееся настроение, наклонился, целуя губы.

— Красивая и вредная злючка. Как же ты мне нравишься! Безумно! — горячо шептал Май, спускаясь ниже и ниже.

Его губы остановились на груди, обхватив сосок, и он принялся его посасывать, глядя на меня. Глаза Мая влажно и ярко блестели, как у человека, выпившего чересчур много алкоголя.

Казалось, что он сам плохо понимает, что творит, но наслаждается тем, что есть. Язык Мая щекотал тугую вершину, дразня, заставляя соски набухать и становиться очень чувствительными.

Как будто все чувства обострились от наглой и бесстыжей выходки Мая.

Май довольно стонал, разминая грудь пальцами, пока его губы и язык порхали над сосками. Он опустился ниже, проводя языком по коже живота. Замер… Голова со светлыми волосами зависла над треугольником внизу живота. Май посмотрел на меня, пьяно улыбнувшись.

— Бля, как хорошо, что нет больше никого. Только ты и я, да?

Май обхватил бёдра, раздвигая мои ноги. Он склонился над моими распахнутыми ногами и накрыл губами трепещущий клитор.

По моему телу пронеслась крупная дрожь. Плоть начала пульсировать под его поцелуями. Когда Май прикоснулся к тугой горошине языком, заставляя её набухать, я уже была сама не своя.

Я ещё шире распахивала ноги, беспомощно ёрзая на кровати. Губы выпускали стоны изо рта, дышать становилось всё труднее. А Май будто нарочно, ударял кончиком языка по самой чувствительной точке, прижимался, покусывая.