Онлайн книга Я все еще не царь. Книга XXVI

И надеюсь, ты поймешь меня. Он убил Конюхова, отправил в больницу Пушкина и убил много сильнейших магов во всем мире. Если так и будет продолжаться, у нас не хватит сил на сопротивление монстрам. Ты сам уже это почувствовал на своей шкуре, что прорывы участились. Верно?

— Верно.

Князь Есенин был немногословен. Он понимал свой проступок. И если быть до конца честным, рассчитывал на наказание от Романова, но оно не последовало.

— Я хочу написать бумагу об увольнении с должности главного имперского мага, — произнес Есенин.

— Напишешь, — без раздумий кивнул Петр. — Но после того как все это уляжется. Я встречался с Люсей, а она с Розой. Надеюсь, ты не забыл старых товарищей?

— Нет, не забыл.

— Скоро что-то начнется, и это не только магия хаоса. Надо подготовить все резервы.

— И когда это начнется? — спросил Есенин.

— Не знаю, но мне кажется, в этом напрямую замешан Исаак. И его необходимо поймать.

— Я попробую.

Царь ничего не ответил и хмуро кивнул, смотря на своего солдата. Потом он продолжил говорить, но голос звучал куда мягче, чем до этого.

— Сережа, ты хороший человек. Но в том, куда ты себя загнал, виноват ты сам. Мы с тобой живем долго, и поэтому я знаю, что ты чувствуешь. Поверь, ты не спасешь Сашу. Он стал стихийным бедствием, которое вышло из-под контроля. Я представляю, что ты сейчас чувствуешь, потому что у меня тоже есть сын… Даже страшно подумать…

— Петр Петрович, — поднял голову князь. — Вы отдали мне приказ, и я его выполню.

— Ну зачем ты так…

В дверь постучались.

— Ваше величество, прибыла княгиня Есенина, — невозмутимо произнес он.

— Алиса⁈ — вскочил князь.

Княгиня зашла в кабинет и, окинув мужа холодным взглядом, села на свободный стул.

— Здравствуй, Сережа, — произнесла она, словно отрезала.

— Я… Как у тебя дела?

— Хорошо.

— Сергей Александрович, пока вы свободны, — произнес Петр, и князю ничего не оставалось, кроме как покинуть кабинет.

В дверях он столкнулся с царицей Ольгой.

— Как у нее дела? — поклонился князь.

Ольга же улыбнулась и подошла ближе. Ей, в отличие от супруга, можно было показывать эмоции. Она же девушка.

— Ей так же хреново, как и тебе, поверь. Просто она не может понять, почему ты сделал так, как сделал? — тихо произнесла царевна.

— Он же мой сын, — вздохнул тот.

— Послушай, Сережа, я тебе открою тайну. Она неприятная, но в мире есть вещи важнее, чем даже собственные дети.

— Я все исправлю, — уверенно сказал князь и пошел на выход.