Онлайн книга Испорченный... Книга 2

Желтые, затуманенные глаза альфы говорили о полном срыве всего человеческого, что было в нем и умом я понимала, что Помпей сейчас ничто иное, как животное переполненное необузданными инстинктами, но все равно, внутренне содрогнувшись, я положила ладони на его шею, после чего на надрыве сказала: — Помпей, проклятье, очнись! Ты… меня слышишь?.."

"Окончание моего вопроса утонуло в громком стоне, от того, что Помпей сделал новое, жесткое и до невозможности глубокое движение. После него будто срываясь и начиная вколачиваться в меня.

— Помпей… Очнись… — практически жалобно и пытаясь вырваться, но получалось настолько вяло, что мысленно я сама себя проклинала. Вот только, тело слишком сильно сковывало жаром и, черт раздери, каждое движение давалось с невыносимым трудом. Тут хотя бы напор альфы выдержать и не сойти с ума.

Отпуская мои руки, он одной рукой оперся об кровать, а вторую положил мне на живот. Опалил даже этим мимолетным прикосновением, тут же поднимаясь выше. Ладонью сжимая грудь и, вместе с этим наклоняясь к моей шее. Не целуя ее, а скорее истязая. Проводя языком по ключице и до покраснения, боли сжимая попу. Вновь приподнимая, а потом вовсе переворачивая на живот. Не позволяя даже выдохнуть и вновь накрывая собой. Опять входя в меня одним движением и продолжая брать в диком, безумном темпе.

Если бы я была в состоянии, я бы прокляла Помпея. Какое же он животное.

В таком состоянии он не просто пугал. Скорее, доводил до ужаса. Истошной внутренней паники, ведь, оказавшись один на один с чудовищем, в его руках и полной власти, трудно остаться в здравом разуме. Меня даже не спасало понимание того, что я знала его чуть ли не с самого детства, ведь тот Помпей, которым он был сейчас, для меня являлся непонятным и неизвестным. Словно бы совершенно другим человеком.

И такого Эйдана я знать не хотела.

Ведь нахождение с ним один на один подобно аду, в котором я сгорала. И мне совершенно не хотелось думать о том, что в какой-то степени я даже этого хотела, ведь на самом деле это была не я, а моя омежья сущность, которая тянулась к этому альфе. Текла и жаждала каждого его проникновения. В близости с ним раскрывалась и становилась податливой. Подчиненной им.

Помпей опять вышел из меня и уже в следующее мгновение поставил на колени.