Онлайн книга Каникулы на Эленмаре (СИ)

Самая обычная биомасса, что повсеместно используется в роботостроении.

Дарин сбросил повисших на нем охранников и поднялся, небрежно отряхивая колени.

— Где твои наручники? — в шоке выпалила Анвен.

— Их нет, — констатировал факт тангир Элве и для убедительности повертел свободными запястьями.

— Но как… — прошептала белобрысая крошка и тут же перешла на ультразвук. — Мама!

— Заткнись, Анвен! — в замешательстве пробормотала Эниль. Потом ее взгляд уперся в Дарина и она зашипела. — Это ты! Ты все подстроил, нарушив мои планы!

Тощие руки с длинными, окрашенными алым ногтями, показались из под белого плаща и потянулись к горлу Дарина.

— Игра окончена, Энель. Думаю, вам пора во всем признаться! — «леденец» обратился к вырывающейся женщине.

— Мама! — опять взвизгнула Анвен, но на помощь матери отчего-то не спешила.

— Признаться? — вдруг рассмеялась Энель и перестала вырываться. — В чем? Это был просто розыгрыш! Самый обычный! Роду Беллим просто хотелось углубиться в историю и устроить всем развлечение.

— Вот как? — скептически ухмыльнулся Дарин, выпуская руки энфины из своего захвата.

— Именно так! — произнесла женщина, растирая запястья.

— Мама! — снова подала голос Анвен. — Ты обещала, что тангир Элвэ будет моим!

— Заткнись, Анвен! — зашипела на нее Энель, понимая, что дочь выдает их с головой.

— Он встал на колени! Встал! — упрямилась белобрысая крошка, топая ногами. — Значит он мой!

— Анвен, — Дарин вновь рассмеялся.

— Все видели! — визжал птенец Беллимов. — Все!

У Анвен начиналась истерика.

— Заткнись, немедленно! — прорычала ее мать и отвесила девушке пощечину. Белобрысая всхлипнула, прижала ладонь к щеке, но затихла.

— Я не мог преклонить перед тобой колени, — повторил Дарин.

— Но ты сделал это! — неожиданно Энель поддержала дочь.

— Я преклонил колени перед любимой женщиной, которая находится здесь в зале. Я давно и счастливо связан.

«Умеют же люди развлекаться!» — восхитился в моей голове Сумрак, напомнив о своем существовании. Развлекаться! Нашел развлечение! Да, я чуть не поседела за это время.

— Вот теперь пора, — похлопал меня по руке дед.

Как поднималась не помню, как спускалась по проходу тоже. Все мое внимание было приковано к бирюзовой глубине с золотыми искрами, где нежность и любовь выплескивались через край.

— Кто эта женщина? — Энель Беллим сжала руки в кулаки.