Онлайн книга Круг перемен

Вера почувствовала, как внутри у неё образовалась пустота, которая странным образом возвратила способность трезво мыслить. Она прикоснулась к плечу скотника:

— Трофим, я прошу вас, похороните Марфу Афиногеновну. Вот, возьмите. — Она сняла с шеи золотые часы с рубинами. — Сделайте всё по-людски.

— Бог с вами, барышня, я благодетельницу и без платы упокою, так чтоб её чистая душенька не осталась в обиде.

— Возьми, прошу. Это часы госпожи Беловодовой, не хочешь взять за плату, оставь себе на память.

— А вы, барышня?

— Я? — Вера опустила плечи и посмотрела на письменный стол с керосиновой лампой. — У меня тут есть неотложное дело. Думаю, Марфа Афиногеновна меня бы одобрила.

* * *Сначала пламя занялось в спальне, куда Вера натащила сена из хлева и обильно полила его керосином. В гостиной она устроила костёр из книг, провела дорожку из сена к гардинам и распахнула окно, чтобы ветер раздул огонь до самой крыши.

Коробка шведских спичек нашлась у камина.

— Ради тебя, тётенька, и ради Матвея.

Когда огонь жадно лизнул покрывало на кровати, Вера вдруг вспомнила, что тётушка упоминала про спрятанные золотые монеты. Золото могло пригодиться в дороге. Вера бросилась к комоду, дрожащими руками вытащив ящик. Разыскивать деньги мешал дым, и она побежала к выходу, волоча ящик за собой. Под ноги вывалились панталоны, сорочки, шёлковая нижняя юбка с тонкой оборкой кружев по подолу.

Поставив ящик на стол, Вера выдвинула нижнюю панель и сгребла в ладонь горстку червонцев со стёртым профилем императора. Из спальни вырвался клуб чёрного дыма, и стало трудно дышать. Она ссыпала монеты в загодя подготовленную ковровую сумку и в последний раз обвела взглядом гостиную.

— Надеюсь, к утру здесь останется пепелище.

Пальцы непроизвольно прикоснулись к карману кофты, куда она спрятала открытку от Матвея. Открытка — вот самое ценное, что осталось ей в этой жизни. Вера вздохнула, повязала по-бабьи платок на голове и шагнула в багровую ночь, освещённую разгорающимся пожаром. До Успенска двадцать вёрст. Если идти по лесу вдоль дороги, то к полудню можно влиться в поток беженцев, бредущих по всей России куда глаза глядят.