Онлайн книга Личное дело женщины-кошки

Спустя положенный срок она заявила:

– Настя признана умершей. Я велела сделать могилу на кладбище, чтобы было как у людей!

Миша мрачно кивнул, он вроде смирился с потерей, но нет-нет да и говорил:

– Зря ты плиту установила. Настя еще вернется.

Глава 14

– И ты не рассказала мне правды! – прошептала я. – Значит, эта блондинка аферистка.

– Угу, – мрачно подтвердила Таня, – и что теперь делать? Надеюсь, анализ внесет ясность, он ведь точный?

Я молча кивнула.

– Значит, Миша получит результат и выгонит девку вон, – обрадовалась Таня.

– Интересно, – протянула я, – кто автор затеи?

– Ты о чем? – вздрогнула Медведева.

– Кто украл маленькую Настю?

– Думаю, вербовщики проституток, – живо ответила она, – увидели симпатичную девочку, которая вышла из подъезда, стукнули по голове и увезли.

– Нелогично.

– Почему?

– Опасно красть домашнего ребенка, которого отправили вынести помойное ведро. Не пройдет и получаса, как родители хватятся и начнут поиски. Зачем рисковать, если на вокзалах полно бродяжек? Стоит отмыть их, приодеть – и сдавай клиентам.

– Но ведь Настю не нашли!

– Верно, похитителям просто повезло. Лично мне приходит в голову одно предположение.

– Какое? – испуганно поинтересовалась Таня.

– Настю заказали, хотели убрать именно дочь Медведева.

– Ерунду ты городишь! – с жаром начала спорить Таня. – Выкупа-то не просили!

– Не всегда похитителям нужны деньги. Иногда от человека хотят добиться каких-то услуг.

– А именно?

– Ну не знаю! Не заключать контракта или, наоборот, подписать договор с определенной фирмой.

– Он порой поступает в бизнесе жестко, – протянула Таня, – но иначе нельзя, сожрут с потрохами.

– Вполне вероятно, что какой-то делец использовал похищение Насти для давления на ее отца, – фантазировала я, – украл девочку и потребовал от него неких услуг.

– Но мне муж ни о чем подобном не говорил, – покачала головой Таня.

– Ты ему тоже не рассказала об изуродованном трупе дочери, – напомнила я.

– Хочешь сказать, что Миша отказался выполнить требования и Настю отдали сутенерам? – прошептала Таня. – Боже! Мишенька! Что он пережил!

Я покосилась на Татьяну, похоже, ею владеет лишь одно чувство – всепоглощающая страсть к супругу, ей совсем не жаль падчерицу. «Бедный Мишенька! Что он пережил!» И ни слова о ребенке, которому пришлось намного хуже, чем взрослому мужчине.