Онлайн книга Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

Если бы другие обменивались с ним оскорблениями, ему было бы намного спокойнее. Но каждый раз, когда он сталкивался с полным безразличием Чэн Цяня к мирским соблазнам, он всегда чувствовал себя настолько разгневанным, что мог мгновенно отрастить бороду.

Один из мужчин, пришедших с Чжан Дасэнем, холодно улыбнулся Чэн Цяню.

- Малыш, будь умницей, поторопись и отдай мне «увядшую траву». Если ты продолжишь сопротивляться, нам придется отбросить всякую вежливость.

Услышав это, Чэн Цянь немедленно повернулся к нему.

- Помилуйте, я не заслужил такой чести.

Видя его нежелание сотрудничать, люди вокруг Чэн Цяня обменялись взглядами и, демонстрируя идеальную слаженность, немедленно бросились вперед.

Когда они атаковали, было легко определить, кто из них возглавлял нападение, кто был сторонником, кто предпочитал действовать скрытно, а кто должен был отрезать врагу пути к отступлению. Несмотря на брошенный ему вызов, Чэн Цянь оставался спокойным и собранным, демонстрируя свое мастерство.

Было очевидно, что обеим сторонам отлично знаком этот вид борьбы – один против множества.

Взмах двуглавой алебарды Чжан Дасэня поднял мощный вихрь, полностью заперев Чэн Цяня в кругу нападавших. Три человека приблизились почти вплотную, последний из них кружил позади юноши. С громким воем он обрушил свое оружие на спину Чэн Цяня.

Чэн Цянь даже не обернулся. Деревянный меч в его руке был подобен проворной змее.

Группа Чжан Дасэня поспешила отступить, их слаженность была нарушена. Воспользовавшись моментом, Чэн Цянь нашел брешь в барьере Ци, выставленном тремя нападавшими. Он поднял руку, чтобы ухватиться за ветку дерева, прыгнул и полетел вверх, как птица, только одежда развевалась позади.

Люди Чжан Дасэня хотели было броситься в погоню, но никто из них не был столь проворен, как Чэн Цянь. Когда они, наконец, пришли в себя, то поняли, что между ними и Чэн Цянем лежит пропасть.

Этот очень краткий пример был всем, в чем нуждался Чэн Цянь.

Движение «Сентиментальный ветер среди накатывающих приливов» [3] подняло шум в высоких кронах, ветки и листья громко зашелестели.