Онлайн книга Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

Ранним утром пятнадцатого дня первого лунного месяца, Тун Жу распахнул двери бокового павильона. Холодный ветер ворвался внутрь, разметав длинные рукава. Перешагнув порог, Тун Жу увидел своего ученика, склонившегося над лотком со всевозможными безделушками.

Неизвестно, где сяо Чунь все это раздобыл, но перед ним возвышалась целая гора разноцветных фонарей. Высокие и низкие, длинные и плоские, толстые и тонкие, некоторые из них висели в воздухе, другие в беспорядке валялись на полу, а Хань Мучунь беззаботно орудовал кистью, выдумывая все новые и новые загадки.

Тун Жу шагнул вперед и, заложив руки за спину, склонился над плечом ученика. Из-под кисти Хань Мучуня тянулись вереницы причудливых головоломок. Тун Жу на мгновение задумался, пытаясь их разгадать и, не удержавшись, рассмеялся:

— Эй, господин цзюйжэнь, как ты думаешь, сколькие из людей, поднявших твои фонарики, умеют читать?  Сдается мне, ты играешь на цитре перед быком.

Фонари Хань Мучуня всегда приземлялись на головы бедняков. В этой наполненной тяготами и невзгодами жизни людям требовалась лишь малая толика удачи, способная вывести их из затруднительного положения.

И если этой удачей станет «сокровище», сокрытое внутри фонаря, нашедший его человек, возможно, получит шанс изменить свою судьбу. Потому жители городка, раскинувшегося у подножия горы Фуяо верили, будто все невзгоды человека, поднявшего «божественный фонарь», вскоре подойдут к концу.

И все это, конечно, хорошо, вот только бедняки, трудом и потом зарабатывающие себе на жизнь, могли не понять высокопарных изречений Хань Мучуня.

— Учитель неправ, — со смехом отозвался Хань Мучунь.

— Что-что? — вскинув брови, осведомился Тун Жу, ожидая услышать, где именно он был неправ.

— На праздник фонарей все отгадывают загадки, — Хань Мучунь поднял кисть, сделанную из козьей шерсти и, смешав сок гарцинии с охрой, принялся дорисовывать цветки зимоцвета. Закончив, он вновь обмакнул кисть в чернила и аккуратным почерком вывел рядом загадку. — Я не бродячий музыкант, но мне нравится играть на цитре, и не важно, слушает меня кто-нибудь или нет, — с миролюбивой улыбкой продолжил юноша.

— Учитель, неужели каждый раз, когда на вас находит вдохновение, вы идете разгонять толпу, дабы ни одна свинья не услышала вашу музыку?

— Да ну тебя! — беззлобно отругал его Тун Жу. — Куда же, скажи на милость, девается все твое усердие, когда я прошу тебя вырезать талисманы или уделить больше времени самосовершенствованию? Никудышный ученик.