Онлайн книга Найдена

Толстухи с удивительной живостью снялись с лавок, исчезли за перегородкой и вскоре появились вновь с каким-то тряпьем в руках.

Журка подтолкнул меня к лавке. Бабы суетливо разложили принесенное и бросили сенной валик.

– Спаси Бог. – Я улеглась, повернулась к стене и закрыла глаза. После холодной ямы в тепле и сытости было как в раю. В полудреме я слышала монотонный Журкин голос. Он рассказывал о Киеве, Святополке и том, как видел в Десятинной церкви тело князя Бориса, которого убили неведомые враги."

"«В той же Десятинной… – глядя в темную стену, подумала я.

 – Хотя где же еще Святополку хоронить свои злодейства? В этой церкви прятали тело его отца, там же лежал убитый по его приказу брат… А вот где погребен Старик, не знает никто…»

– Окаянный князь! – прошептала я.

– Окаянный, – отозвался из-под лавки тонкий детский голосок. Неужели кто-то из ребятишек ухитрился забраться под мое ложе?!

– А ну кыш оттуда! – вполголоса пригрозила я. – Не то выволоку силой!

– Силой? Хи-хи… – развеселился ребенок.

Я покосилась на гомонящих за столом людей. Они были увлечены Журкиными баснями и ничего не замечали. Стараясь не шуметь, я потихоньку свесилась и сунула руку под лавку. Пальцы пошарили в пустоте.

– Не там ищешь, – сказали мне сзади. Господи, как он там очутился?

Я перевернулась. Никого.

– Не там. Не там! Не там!!! – Голосок невидимки набирал силу,. Теперь он уже почти кричал. От звонких надрывных воплей у меня заломило затылок.

– Хватит! – заткнув уши, рявкнула я, однако озорник не унимался.

Его крики превратились в заунывный вой. Меня закружило и куда-то повлекло. Мимо проплыло вытянутое Журкино лицо, потные рожи толстух, стены, потолок с матицей[17]… Все смазалось, перевернулось и вдруг снова оказалось там же, где было. Даже матица…

– Уф! – Я выдохнула и села. Что-то стало не так. Люди! Людей не было! Ни Журки, ни бородача, ни баб… Никого…

– Значит, решила нарушить обещание? – спросил меня все тот же противный детский голосок.

Я зажала уши и скосила глаза.

Тощее мохнатое существо сидело у меня в ногах и недобро глядело желтыми, как у кота, глазами.

– Лгунья! Дай я ее… – Из-за печной перегородки высунулась странная голова. Обвислые, старческие щеки мелко подрагивали, а красные с прожилками глазки похотливо ощупывали мое тело.

– Погоди, памжа[18]! – одернул желтоглазый и придвинулся ко мне. Сквозь волосы на его животе проглянула серая с синевой кожа.

– Погоди, погоди, погоди… – Казалось, голоски раздаются отовсюду.